Партизан

– Что-то стоящее?

– Трудно сказать, увидим. Три из четырех машин идут в наш адрес литерным.

– Это ты хорошо сказал: в наш адрес! Мне не совсем понятно, почему мне запрещают использовать пятую ударную до твоего приезда?

– Этого я тоже сказать не могу. В конце мая мне было поручено восстановить 2-ю Ударную по новым штатам. Штаты разрабатывал я. Об одновременном комплектовании 2-й и 5-й Ударных я узнал сегодня.

Разговор приобретал нехороший оттенок, я только прибыл, а меня уже начали косвенно обвинять в том, что я виноват в произошедшем на Южном фронте. Выручил Юрий Борисович Левитан, начавший передавать сводку Информбюро и Приказ Верховного Главнокомандующего, в котором 2-я Ударная и ее командующий комиссар госбезопасности третьего ранга Соколов фигурировали четыре раза. Буденный кого-то поманил пальцем и что-то сказал на ухо. Принесли два полных стакана и несколько бутербродов с салом.

– Хорошие новости, комиссар. Не так часто слышим такое по радио. Чтоб и здесь действовал так же. Пей!

– Я вообще-то не пью.

– Верю. Твое здоровье! Не каждый день мы в приказы попадаем!"

"Сам он, манерно отставив мизинец, опустошил стакан, занюхал его салом, вытер усы и захрустел соленым огурчиком, хитро посматривая на меня. Я – не удав, и глотать стаканы не могу и не хочу. Отпил немного, закусил разрезанным на несколько частей бутербродом, а стакан поставил обратно на тарелочку.

– Мне еще в войска, товарищ маршал, и в Тбилиси.

– В Тбилиси можешь не ехать, дашь РДО, что прибыл, за моей подписью, вот эти буковки поставишь в конце. Днями будет образован новый фронт: Северо-Кавказский, твоя армия войдет в него. Командующий – я, так что представляться никому больше не нужно. – Семен Михайлович черканул что-то в блокноте, вырвал листок и протянул его мне. – Важнее, чтобы ты выдержал график ввода войск. Пойдем!

Маршал встал, к нему подбежал кто-то из адъютантов и подал гимнастерку, помог надеть ее и сапоги, и протянул портупею, которой Буденный быстро опоясался. Двинулся куда-то по тропинке в сторону Терека на восток. Там, в обрывистом берегу, находился оперативный отдел штаба направления. Ни бомбами, ни снарядами его было не достать, что мне очень понравилось. Несмотря на то обстоятельство, что фронт находился достаточно далеко от этого места, штаб был изготовлен по-фронтовому. Антенны штабной радиостанции даже видны не были. Радиостанций в штабе было много, причем новеньких, некоторых из них я никогда ранее не видел. Капитально устроился Семен Михайлович. И домишко выбрал неприметный.

Там меня познакомили с обстановкой, я передал подписанные Сталиным предписания для пяти ближайших арсеналов ГАУ приступить к сборке модифицированных М13С для нужд 5-й Ударной армии.