Партизан

И на хрена они мне нужны именно на этом участке? У меня была 259-я дивизия, еще не полностью укомплектованная и обученная, но «своя». По меньшей мере там связь налажена. Но приказ – есть приказ.

Прибывшему в штаб армии генерал-майору Мартынюку приказал расположить штаб дивизии непосредственно возле штаба армии. Пока его гвардейцы выдвигались на исходные, он слушал все, что происходило в нас в штабе. После этого я у него спросил:

– Готовы так действовать?

– Нет, товарищ командующий. Я не понимаю тех разговоров, которые вы ведете с остальными командирами.

– То-то и оно. Что делать будем?

Молчание. Выручили немцы, которые пошли атаковать части 327-й от Мишкино.

– Так, вводите в прорыв два полка и два моих танковых батальона. Связь держать через танкистов. Атакуете левобережную часть Поречья, там – дом отдыха, и оттуда наносите фланговый удар на Мишкино. Расстояние здесь небольшое, так что танковых станций хватит. Тот, кто непосредственно будет руководить операцией, тот должен держать возле себя один из танков. Все понятно?

– Да, товарищ комиссар, – и он потянулся к одной из своих радиостанций.

– Отставить! В полки, и поставить устно задачу! Открытый эфир запрещаю!

– Есть!

Генерал повернулся и выскочил из штаба. А я, на всякий случай, начал подтягивать ближе части 259-й и ввел один из полков, с танками, между пятым и девятым полками 3-й гвардейской. Все толку будет больше."

"8-я армия, к вечеру, взяла 1-й эстонский поселок, а мои подорвали мост у Михайловского. Освободив Славянку, у меня появилась возможность усилить 327-ю танками и перебросить им боеприпасы. Ночью разведка добралась до реки Мга и установила наблюдение за станцией. В 1100-й полк доставили шесть «тележек», с помощью которых атаковали станцию Мга, на которой скопилось приличное количество только подошедших эшелонов. Все шесть ракетных тележек грохнули, и начался маленький ад. В большинстве эшелонов были боеприпасы и топливо. Пехота – тоже была, в немалом количестве. Используя три батальона 1100-го и 1102-го полков, приступили к зачистке восточных окраин города, точнее того, что от него осталось. Затем их сменила 3-я гвардейская, которую лучше было использовать в обороне. На этом я свои хилые наступательные возможности исчерпал, но продолжал вести «активную оборону». Навестил Сологубовку и Лезье, доставив кучу неприятностей люфтваффе. Сорвали эвакуацию тяжелых артиллерийских батарей в Келколово, организовали небольшую диверсию на станции Рабочий поселок № 6, взорвав восемь вагонов с немецкими же снарядами на развилке железнодорожного пути, в месте пересечения его с Путиловским трактом.