Партизан

– Группировка немцев на правом фланге, где они имеют возможность быстро пополнять ее войсками и боеприпасами, понесла серьезные потери и лишилась основного опорного пункта: города Белый. Я разговаривал с командиром 135-й дивизии, которая там стоит с самого начала, так вот он говорил, что в самом городе постоянно базировался батальон 2-й танковой дивизии, и попытки перерезать шоссе всегда заканчивались одновременной атакой танков с двух сторон. Когда мы это сделали, то немцы начали действовать таким же образом, но противотанковой огневой мощи 937-го полка 256-й дивизии на этот раз хватило, чтобы остановить танки до их позиций, так что теперь требуется на северный фас коридора ввести укомплектованную по новым штатам дивизию, и за существование коридора можно не беспокоиться. И продолжать ликвидацию самого выступа, до самой Духовщины и Ярцево.

– То есть вы считаете так же, как наш Генеральный штаб, что Холм-Жирковская группировка важна и необходимо держать в почти готовом мешке почти две армии и большое количество партизан.

– Да, товарищ Сталин. Важно, как это сделано у нас под Гродно, обезопасить плацдарм от глубоких прорывов немцев, за счет минирования важнейших подступов к ключевым участкам базирования, и усилить противотанковую оборону участков. С этим есть определенные проблемы. Требуется решить вопрос с руководством второго отдела НКВД не выводить с этого участка батальон Осназ подполковника Прохорова. Они помогут с оборудованием опорных противотанковых пунктов у баз базирования. Плюс требуется изменить конфигурацию противотанковых узлов обороны фронта, и массово применять заманивающие орудия. Тем более что новые стволы для 53-К туда уже поступили в некотором количестве. Без доработки и укрепления позиций там не обойтись. О причинах этой ситуации я уже говорил, но их мгновенно не исправить. Придется выкручиваться. Так что мне бы хотелось как можно быстрее вернуться на место, там еще очень много дел предстоит.

– Мы подумаем, где вас будет лучше использовать, – загадочно ответил Сталин, но так и не сказал об альтернативных вариантах.

Секретарь Сталина протянул мне конверт после выхода из кабинета, там лежало направление в гостиницу «Москва». Я-то собирался пройти на Лубянку и там найти машину, чтобы доехать до Кратово. С Жуковым мы расстались достаточно «холодно», отдали друг другу честь. Руки он, как старший по званию, не подал. Оно и понятно: оба будущих маршала сделали все возможное, чтобы у меня ничего не получилось под Белым, ибо «придумали» это не они явно. Немецкий «Ржевский выступ» – это что-то вроде грыжи, или еще более неудобного заболевания, на стыке двух фронтов. И если бы у меня пошло все, как надо, то встал бы вопрос о «неполном служебном соответствии».