Лучший друг моего парня 2

Включаю полный напор душа, окатывая нас обоих холодной водой, и что есть мочи кричу. Визжу на ультразвуке до раздирающего удушья и сдавливания рёбер.

Руслан поскальзывается и валится прямо в корыто ванны. Прямо мне под ноги. Я наступаю ему на мясистую рожу пяткой и вдавливаю её до хруста. Он пытается меня стряхнуть и свалить, но я проворнее. Топчусь по его спине и выбираюсь наружу. Дёргаю шторку и бросаю её сверху на барахтающееся и орущее матом тело. Он упал и придавил свою рабочую руку и хрен знает как будет выбираться. Но это уже не мои проблемы.

Хватаю телефон и выбегаю из ванной. Прямиком в свою комнату. Я голая и босая. На улицу бежать не вариант.

С хлопком закрываю дверь, стараясь не дрожать, а это получается плохо, я вся окоченела, и набираю Мирона. Идут бесконечно долгие гудки. Один за одним. Пока вызов не сбрасывается.

Нажимаю повтор.

Торопясь, достаю из шкафа смятую футболку и натягиваю сверху. Надеваю первые попавшиеся лосины и, шлёпая голыми ступнями, мечусь по комнате.

— Ну же… Мирон… миленький, помоги, — бормочу, яростно запуская руку в мокрые волосы.

Я не понимаю, что делать. Мне нужно бежать.

Куда?

Понятия не имею.

Хватаю сумку и, запихнув в неё какие-то бесполезные вещи, останавливаюсь.

И прислушиваюсь.

— Исаева! — орёт Руслан.

По позвоночнику ползёт удушающий страх.

Если он выбрался, он меня убьёт, а потом изнасилует. Или наоборот. Это уже дело вкуса, как говорится.

Я, не прекращая звонить Гейдену, крадусь на цыпочках мимо ванной, из которой уже вытекает вода.

В прихожей хватаю обувь и пальто. Дёргаю на себя входную дверь и готова зарыдать в голос, потому что за порогом я вижу Мирона, заносящего руку для звонка.

— Ангелина? — спрашивает растерянно. — Какого хера? — Оглядывает меня с головы до ног и вмиг меняется в лице. Становится суровее, в глазах появляется знакомый дьявольский блеск. Гейден переводит взгляд мне за спину, готовый убивать одними глазами.

Крылья его носа раздуваются, когда он слышит рёв Руслана:

— Я доберусь до тебя. И выебу! Не сбежишь, тварь!

Смотрю в лицо Мирона и начинаю плакать. Слёзы горячими дорожками бегут по щекам, обжигая и оставляя после себя мокрые жгучие следы.

— Забери меня отсюда. Уведи меня. Помоги мне, — шепчу бессвязно, цепляясь пальцами за мягкую ткань толстовки парня.

Мирон дёргает меня на себя, а я подаюсь вперёд, не теряя больше ни секунды, врезаюсь в его грудь. Мы сталкиваемся телами. И Мирон прижимает меня к себе, обнимая за плечи. Разворачивается и, нагнувшись, подхватывает меня на руки.

Не говорит ни слова! Ничего больше не спрашивает. Просто уносит меня от этой ужасной квартиры вниз.

Обхватываю Мирона руками за шею и прячу лицо в её сгибе. Содрогаясь всем телом от рыданий.