Крутые парни

Отдыхай.

Когда все пошли к двери, Ангел задержался.

– Варяг, – сказал он вполголоса. – С братвой все встречи назначены на послезавтра. Завтра в пять у памятника Тимирязеву, что у Никитских ворот, тебя будет ждать Егор Сергеевич. Мой телефон ты знаешь. Позвони, как освободишься.

Глава 27

Перед сном Варяг сделал два звонка в Сан-Франциско. Светлана, обрадовавшись, щебетала в трубку о невероятных успехах, которые делает сынишка в постижении русских и английских слов, о том, как она соскучилась по мужу и что сейчас хочется прижаться к своему «законному». Здесь Варяг понимал все правильно, поскольку он приходился Светлане законным мужем. Маленькие женские радости и переживания наполнили его сердце нежностью, и он почувствовал, что очень соскучился по своей семье.

С Сивым разговаривать пришлось обиняками. И кое-что сильно обеспокоило Владислава. Прежде всего из намеков он понял, что вокруг его офиса и дома крутятся какие-то непонятные люди, возможно, это совпадение, но Сивый допускал и худшее. Во-вторых, пропал человек из команды взрывников, принимавший участие в операции с лимузином Монтиссори. В-третьих, стали просачиваться слухи о том, что объявившийся Сержант ищет возможность отомстить Варягу и что через Вену тот два дня назад направился в Россию. Значит, Сержант где-то здесь. Нужно быть начеку, подумал Варяг.

Он долго не мог уснуть. В соседней комнате давно посапывал телохранитель. Не раздеваясь, с пистолетом под подушкой он устроился на мягком кожаном диване. Через открытое окно доносились звуки ночной Москвы. Из ресторанчика напротив вышла веселая подвыпившая компания и, распевая популярную песню про стюардессу, проследовала в сторону метро. Время от времени раздавалось цоканье каблуков и негромкий разговор прохожих, спешащих домой.

Где-то поскуливала собачонка, видимо, забытая хозяевами на балконе. Изредка на тихую улицу заворачивали такси, развозящие припозднившихся москвичей.

Варяг истосковался по Москве, по русской речи. Приятно было осознавать, что он снова здесь. Что завтра сможет пройтись по знакомым улицам, перекинуться ничего не значащими фразами с продавщицами в киосках. Купить пачку сигарет и, вглядываясь в лица москвичей, постоять на углу, выкурить пару сигарет.

Он вспомнил тот вечер перед отъездом, два года назад, когда Егор Сергеевич в задушевной беседе раскрыл ему глаза на целый ряд вопросов, которые мучили его и на которые он не находил ответа.

Нестеренко в очередной раз поразил его своим размахом и глубиной.