Пария

На меня словно обрушилась неподъемная тяжесть, несколько секунд я не могла вздохнуть. Закружилась голова, затошнило, и я сильно сжала зубы, прокусывая до крови губу, сдерживая приступ рвоты.

Мой отец… ни при чем? Кожа покрылась мурашками, подбородок задрожал, глазам стало горячо."

"Ни при чем? А как же казнь? Лишение дворянства, земель, богатства? Позор, унижение, заклеймение? Как же смерть мамы? Моя исковерканная жизнь? Вечные ночные кошмары? Тоже ни при чем?

Видя мое состояние, Эдвард побледнел, протянул через стол руку и накрыл мою ладонь.

– Прости, прости меня, – зашептал он искренне, – надо было не так сказать. По-другому.

Я ничего не могла ответить, глотала и глотала комок, стоящий в горле, и никак не могла проглотить. Было больно. Дышать, сидеть, даже смотреть на своего друга, который только сейчас, спустя полгода нашей душевной близости смог мне сказать, что мой отец невиновен. Обидно и горько, но я не имею права дуться. Может быть, у него были причины?

– Мне было двенадцать лет, Ромул погиб, – быстро начал говорить принц, словно стараясь успеть до того, как я сорвусь, – я не слишком хорошо знал старшего брата, у нас огромная разница в возрасте. Мать уехала в Толебу сразу после его смерти и больше не появлялась во дворце.

Я слушала принца, но многое, о чем он говорил, пролетало мимо ушей. Я могла думать лишь об одном – мой отец невиновен, его осудили несправедливо.

– И если раньше, когда Ромул был жив у меня еще была призрачная свобода, то после его смерти ее не стало вовсе. Меня не выпускали из комнат, все передвижение по дворцу ограничивалось детским крылом и конюшней. И знаешь, – Эдвард склонился над столом, и я вблизи увидела его молодые, но такие старые глаза, – за все время, пока я жил во дворце, я ни разу не встречался с отцом лицом к лицу.

Я рассеяно смотрела на его высочество, постепенно успокаиваясь. Наверное, в глубине души я всегда знала, что мой отец невиновен. Жаль, что так сложилась жизнь, что мне выпало столько трудностей. Но я-то жива, а вот мои родители… Я слушала принца, а сама мысленно давала клятву рано или поздно разобраться во всем, и найти того, кто оболгал моего папу и лишил нас всего.

– Иногда я даже думаю, что моего отца уже нет в живых, – на этих словах принца я пришла в себя и пораженно вскинула голову.

– Этого не может быть, – пробормотала я тихо, – балы, приемы, дипломатические делегации… Я же сама недавно видела фотографию короля в газете. Была какая-то официальная встреча с посольством Восточной Затопи.

Наследник пожал плечами.

– Мне кажется, вместо него выступает двойник, – ответил со вздохом. – У него и раньше они были, мама рассказывала, что отец частенько ленился сидеть на нудных официальных собраниях и посылал вместо себя замену.