Пария

На самом деле, я каждую металлическую вещь в комнате разобрала и собрала заново. Жаль, что их было мало. В перспективе я бы хотела написать заклинание истинного зрения. Я читала в одной из книг, что когда-то можно было дотронуться до любого изделия и перед глазами возникнет его трехмерное изображение, будут видны все металлические детали, из которых оно состоит.

Пока я даже приблизительно не знала с чего начать, чтобы его реализовать. Значит, пока вскрытие замков. Что тоже неплохо.

Поужинав, я сразу же пошла в библиотеку, обложилась книгами и принялась составлять алгоритм заклинания.

– Я знал, что тебя здесь встречу, – напротив присел Хорн.

Я вздрогнула и испуганно взглянула на осунувшееся лицо красавчика, с облегчением замечая отсутствие злости в глазах. Успокоился? Или что-то задумал? Несколько минут за столом стояла тишина, я писала промежуточные формулы, он сидел напротив и молча меня разглядывал.

– Очень скоро у меня начнется практика, затем выпускные экзамены. Вторую часть весны меня не будет в школе, потом награждение, и я уйду из школы насовсем, – его голос был странным, слишком серьезным, звенящим, как натянутая струна. Отложив карандаш, я подняла голову, стараясь выглядеть равнодушной.

– Знаешь о вине Фабрия? – я кивнула, кто же не знает лучшее вино королевства. На свадьбе у Кассана стояла лишь одна бутылка рядом с молодоженами. Торус продолжал: – Оно производится на моем личном поместье, в пятидесяти милях от столицы на запад. Мне оставила его бабушка в наследство, – не дождавшись от меня реакции, продолжил он, – поместье чудесное, расположено в живописном уголке на берегу озера. Приносит огромный доход, более полутора тысяч годовых.

Я вздохнула и пожала плечами.

– При чем здесь я?

– Я отдам его тебе, – Хорн склонился над столом всем корпусом, я опасливо отодвинулась назад. – Ты бросаешь школу, переезжаешь в поместье, а я оформляю на тебя дарственную.

– Просто так?

– Не делай вид, что не поняла! – рявкнул он, лицо на миг исказилось от ярости. Он сразу же взял себя в руки и более спокойно добавил. – Я предлагаю тебе кров, защиту, достаток.

– Свою постель, – продолжила я его фразу, насмешливо скривившись."

"Торус сжал зубы и откинулся на спинку стула, сдерживаясь от резкости. Некоторое время мы молчали, испытующе рассматривая друг друга. Его лицо было почти спокойным. Почти. Я бы и не заметила напряжения, если бы не побелевшие пальцы, вцепившиеся в столешницу.

– Иногда я тебя ненавижу, – сквозь зубы прошипел он, – за твое непробиваемое упрямство, болезненную гордыню. За то, что ты такая красивая и холодная, как ледышка. Ты не женщина, ты черствая бездушная статуя.

– Только лишь потому, что отказала вам?

Хорн выругался. В глазах явно обозначилось желание убивать. Довела.