Пари на счастье

Громов привёз её к торговому центру? Зачем? Перед входом в здание, все невысокие деревца были украшены сетками со сверкающими огоньками, как и окна самого магазина. Красота, что тут сказать, всё портило только отвратное настроение. Хотя, продолжать копаться в собственных мыслях Наталье не дали. Михаил уже вышел и открыл ей дверцу. Он помог девушке выбраться из машины, но руки не отпустил, теперь глядя в глаза.

— Раз уж мы с вами оказались в этой снежной ловушке, то стоит сделать её как можно комфортнее, и стереть с вашего милого личика всю эту грусть.

— Вы невероятный, — на выдохе проговорила Наталья.

— Обычный я, — усмехнулся Громов.

Продолжая держать руку девушки в своей тёплой ладони, он повёл её ко ходу в магазин. Двери гостеприимно и бесшумно открылись при их приближении, впуская в яркое тёплое помещение. В холле неожиданно приятно пахло кофе и мандаринами, да так, что Наталья даже поглядела по сторонам, пытаясь найти источник этого аромата, любимого до дрожи. Она встретилась взглядом с одним из охранников центра, и мужчина тут же спрятал за спину руку, в которой девушка успела заметить оранжевый мандарин. Затем он с некоторым замешательством оглядел посетительницу, но тактично продолжил следить за порядком своим суровым взглядом.

— И что не так? — тихо проворчала Уварова, не понимая реакции охранника.

Она не успела отвлечься на свои мысли, и была утянута в холл магазина.

— Он просто ослеплён, — отозвался рядом Михаил, чувствуя, что девушка снова остановилась, теперь восхищённо вздыхая за его спиной.

Свободной рукой Наталья стянула шапку, теперь прижимая её к груди и широко распахнутыми глазами смотрела на огромную сверкающую ёлку. Красавица переливалась множеством гирлянд и блестящих шаров, источая чудесный аромат свежей хвои.

Громов вдруг понял, что любовался вовсе не новогодним шедевром, созданным работниками магазина. Его взгляд скользил по счастливому румяному лицу девушки, так простодушно радовавшейся таким обычным вещам. Было в этом и нечто наивно детское, и при этом заставляло что-то отзываться в груди, стоило взгляду опуститься на её полные приоткрытые губы. Михаил тряхнул головой, чувствуя, что вода от растаявшего снега вымочила волосы.

— Наталья, — окликнул он свою спутницу.

Девушка немедленно повернулась к Громову, и со счастливым писком похлопала по его груди своими пушистыми варежками:

— И-и-и… ты её видишь? Видишь? Это просто невероятно! Я такую красивую, честное слово, ни разу не видела! Она такая…. такая… — девушка тут же умолкла, теперь пряча руки за спиной и виновато глядя на него, поднимая подбородок, — «вы». Вы видите…

— Уверен, что ничего страшного не произойдёт, если «вы» вдруг превратится в «ты», Наталья, — улыбнулся Громов, видя её смущение.