Пари на счастье

Наталья запрокинула голову, наслаждаясь прикосновениями его рук и тяжестью его тела.

Она всё пыталась произнести его имя, но осеклась, когда губы Михаила скользнули к её плечу, а затем к груди. Следом, не прерываясь, он прокладывал дорожку из поцелуев ко второй груди, и казалось, что это заняло у Громова целую вечность. Она сгорала от желания, а он не торопился, словно пытая её.

Михаил спустился ниже, в следующий момент горячие губы прильнули к нежной коже её бедра, и Наталья моментально растеряла все мысли. Она на мгновение замерла, наслаждаясь ощущением невероятной близости, прежде не испытывая подобного чувства. Его искусные пальцы знали своё дело, и ей оставалось лишь беспомощно выгибать спину, задыхаясь, пока Михаил ласкал её. Она впилась ногтями в его плечи, отчаянно пытаясь удержаться на месте, а тело отзывалось на малейшее его прикосновение.

— Ты нужна мне… — прошептал Громов, обжигая дыханием её кожу и скользя губами вверх, по её животу и груди, теперь укрывая своим телом, — твой вкус и твой голос, ты вся, до кончиков пальцев…

Отвечая, Наталья провела ладонью по его спине, и дыхание мужчины стало прерывистым.

— Люблю тебя, — отозвалась она, обвивая спину Михаила ногами, желая сильнее ощутить его возбуждение, и его силу.

Она выгнула спину, принимая его в себя, вынуждая сменить медленный ритм на яростный, исступлённый, пока он не поглотил их, заставляя отдаться этому чувству без остатка.

Глава 26

Сколько времени прошло, он понятия не имел. За окном всё ещё была ночь, удивительно звёздная — ветер разогнал все облака, а мороз лишь добавил звёздам яркости, рассыпая их по бархатному небу.

Михаил поднял голову и посмотрел на Наталью. Она лежала, теперь открывая глаза, и её губ коснулась улыбка. Роскошные золотистые волосы разметались по подушке. Стоило ему взглянуть на неё, как сердце вновь замирало. Она действительно сказала это? Ему ведь не почудилось? Люблю… одно слово, от которого стучало в висках, и голова шла кругом. Он провёл пальцем по её переносице, а затем склонился к Наталье и коснулся губами её лба.

— Гляжу на тебя и понимаю, что становлюсь эгоистом.

— Почему? — отозвалась девушка, поглаживая его плечо.

— Дом ещё никогда не казался мне таким пустым. Хочу возвращаться сюда и видеть тебя.

— Будь осторожен со своими желаниями, Миш, — улыбнулась Наталья, — иначе тебе никогда не знать покоя.

— Устал я от «покоя», Наташ, — Михаил повернулся и сел удобнее, прислоняясь спиной к стене.

Он привлёк к себе Наталью, которая уже успела закутаться в одеяло, и устроил на своих коленях. Она прижалась щекой к его плечу, и Громов принялся неспешно поглаживать её волосы, перебирая пальцами гладкие пряди.