Пари на практикантку

— Чутье — огонь!

Я кивнула и почесала фейри-дракончика под подбородком. Малыш так и лез под руку, тыкаясь лобастой головой в пальцы и выпрашивая ласку.

Артефакторы вроде меня пользовались проверенными веками магической науки плетениями, лишь совершенствуя уже известные формулы и привнося что-то свое. Все же магия была общедоступна независимо от расы и места жительства, все определялось лишь врожденными способностями. А вот алхимическая наука сильно зависела от ингредиентов, в том числе достаточно редких и активно развиваться начала лишь после создания Федерации магических рас.

— А сколько они должны-то? — спохватилась я, выползая из служебной машины вслед за офицерами.

— Ерунда, восемьсот тысяч, — отмахнулся Вуд.

Сколько⁈

Нет, когда-нибудь я привыкну к таким суммам. Но сейчас держать непроницаемое лицо было не так просто.

— Выдохни, Уилсон! — расхохотался Сэм, хлопая меня по плечу. — А то на камбалу похожа.

— Чего это⁈ — возмутилась я, сбрасывая руку наглого офицера.

— Тоже тощая и с выпученными глазами!

— Дурак ты, Сэм, и шутки у тебя дурацкие.

— Эй, ну ладно, не обижайся, — примирительно хохотнул маг.

— Вы идете? — недовольно буркнул младший Вуд. — Или так и будете топтаться у входа?

Нужное нам здание принадлежало самой крупной артели алхимиков столицы. И нас тут явно не ждали. Стоило железной двери хлопнуть за нашими спинами, как меня едва не вынесло прочь… удушающим невозможным запахом.

В первую минуту мне показалось, что я сейчас умру. Во вторую, что уже умерла. Из глаз хлынули слезы, а руки сами-собой зажали нос.

— Воздушный купол ныряльщика умеешь делать? — торопливо поинтересовался Люк Вуд, подвешивая передо мной схему заклинания.

Мне хватило сил лишь беззвучно кивнуть и повторить за магом-воздушником формулу. Вокруг головы вспыхнула спасительная магия и я наконец смогла дышать. Зато Рикки было хоть бы что. Судя по всему фейри-дракончик отлично себя чувствовал как в джунглях, так и среди метиловых «ароматов» лаборатории.

— Что это? — проскрипела я, выталкивая из легких остатки смрада.

— А ты думала, что алхимия — это когда гремит, блестит и сияет? — хохотнул Сэм, вокруг головы которого красовался точно такой же купол. — А нет! Это еще когда воняет.

Я обвела взглядом огромное помещение, в котором суетилось не меньше двух десятков людей. У каждого был свой собственный стол, заставленный склянками и пробирками, но многие переходили с места на место. Яростно спорили, увлеченно наблюдали за жидкостями и составами в колбах, и что-то писали в огромных амбарных книгах и просто на обрывках листов. И, похоже, что все они были людьми. По крайней мере ни одного нелюдя я вот так сходу разглядеть не смогла.