Пари на новенькую

Он уходит, говорит, чтобы стояла здесь и никуда не вздумала идти. Я киваю и как-то слишком растерянно слежу за тем, как Соколов спешит вниз.

Из автомобилей почти синхронно выбираются парни. Огнев стаскивает с себя шлем и тут же подходит к Соколову. Они пожимают друг другу руки, Соколов что-то ему говорит, при этом активно жестикулируя. Огнев же в это время бросает взгляд в толпу, и мне почему-то кажется, что он смотрит на меня. Это, конечно, невозможно. Зачем ему я?

Я осматриваю остальных участников заезда. Отсюда мне довольно плохо видно, но я бы не сказала, что все они возраста Огнева. У одного на висках седина и борода такого же цвета. Господи, он что, лучший не среди юных водителей? Среди всех? Но как?

Проходит несколько минут, прежде чем Соколов идет снова ко мне.

– Ну, как тебе? Понравилось?

Я бормочу что-то нечленораздельное. Понравилось? Ну уж нет!

– Идем, на сегодня программа еще не закончена.

Женя берет меня за руку, переплетает наши пальцы и ведет к выходу. Я едва за ним поспеваю, но все же стараюсь быстро перебирать ногами. А еще мне почему-то кажется, что мне в спину кто-то смотрит, потому что она отчаянно зудит.

Глупости, конечно.

Уже в машине позволяю себе перестать трястись и понимаю, что перенервничала. Не каждый день я наблюдаю за рискованными гонками, где в любой момент может случиться авария, а рядом даже скорой помощи нет. И находимся мы, судя по тому, что вокруг нет ни единого кафе, за городом. Пока сюда скорая доедет, помощь оказывать будет некому. И в этом Огнев участвует? Ему что, совсем жить надоело?

– Готова ехать дальше?

– Второе место такое же? – спрашиваю.

– Нет. С адреналином на сегодня покончено. Поедем погулять и поесть мороженого. Я знаю, где продают самые вкусные фисташковые шарики."

"Я киваю, хотя мысли то и дело возвращаются к Огневу. Как он там? В порядке ли? Даю себе обещание обязательно поговорить с ним. Может, он и не задумывается об опасности таких гонок. Все же парни – такие парни. Часто лезут на рожон, не думая о последствиях.

Женя мне не врет. Мы действительно приезжаем в небольшое кафе. Соколов покупает мне несколько шариков ванильного и шоколадного мороженого, а себе берет фисташковое. Автомобиль он оставил на парковке неподалеку, а сам, взяв меня за руку, ведет в большой городской парк. Здесь куда спокойнее, чем на автодроме, никто не кричит, даже не разговаривает громко. От такого контраста я теряюсь, хотя постепенно прихожу в себя.

Сейчас, вдали от всего того ужаса, мне уже не кажется, что все так плохо. Может, там и была скорая, просто я ее не заметила? Не станут же они все рисковать своими жизнями. Ну ладно Огнев, он ведь проблемный парень, из семьи, в которой отец распускает руки, а остальные?

– Почему они занимаются этим? – спрашиваю у Жени.