Пари, миледи?

— Я вздохнула и посмотрела на мужа. — Но ведь друзья так себя не ведут.

— Друг? Высшие не умеют дружить, да и не нуждаются в этом. Для Эрика существует только один человек, которого он беззаветно любит — его жена. Все остальные — это знакомые и приятели, в лучшем случае он может кого-то уважать, не более.

Рольф уткнулся в мою макушку и задумчиво добавил:

— Правда, в свете уже много лет ходят слухи о тесной дружбе Каллемана с герцогом Бравенским, но я в это не верю. Горн** — деворатор, у них вообще нет эмоций. Так что, скорее всего, слухи, как всегда, лгут.

— Но ты же сам сказал, он любит жену. Выходит, он все же способен на эмоции?

— Это другое, Софи.

Во взгляде мужа заклубилась тьма.

— Женщина, сумевшая разбудить в высшем маге любовь, навсегда остается для него самым дорогим, что может быть в его жизни. И ради своей женщины мы готовы на все, — тихо произнес он, но от того, какая убежденность прозвучала в его голосе, у меня мурашки по спине пробежали. И сразу забылся и Каллеман с его подозрениями, и происходящее в замке, и вообще все вокруг.

Чернота разлилась, плеснула из глаз, окутала теплым коконом, и в какой-то момент мне показалось, что я вижу в ней то, чего не увидеть обычным зрением — душу Стейна. Душу высшего мага, в которой ярко горит огонь.

— Ты должна помнить об этом, Софи. И никогда не сомневаться в моей любви к тебе, — сказал муж, и тьма схлынула, словно ее и не было.

— Рольф…

Я смотрела в ставшее таким родным лицо и не могла сказать ни слова.

— Я знаю, что ты видела, Софи. Но не нужно говорить об этом, — приложив палец к моим губам, сказал муж. — Лучше вернемся к более прозаическим вещам.

— К Каллеману?

— И к нему тоже, — усмехнулся Рольф.

— Ну и что нам теперь делать? Если Каллеман так и будет сидеть в замке, рано или поздно он сможет что-то заподозрить. А тут еще и убийство…

Я закусила губу и задумалась. Правда, после увиденного сделать это было не так-то легко. И я прекрасно поняла, что муж предпринял все, чтобы отвлечь меня от неприятного разговора с Каллеманом.

— Мы должны как можно скорее разобраться с туманом. И, кстати, я же так и не рассказала тебе, что видела! — Добавила, вспомнив о своем утреннем открытии, и поделилась с мужем выводами.

— Значит, ты полагаешь, что туман — это тоже прорыв? — Спросил тот, обдумывая мои слова.

Я молча кивнула.

— Тогда у нас есть шанс с ним разобраться. Сегодня ночью попробуем. Только нужно как-то отвязаться от охраны, — сказал Рольф.

Он обнял меня крепче и коснулся губами моих волос.

— В восточной части парка есть небольшой летний домик, — сказал муж. — Раньше я часто оставался там ночевать, так что никого не удивит, если мы с тобой решим там уединиться.

— А как же охрана? Вряд ли они оставят нас в покое.

— У домика есть секрет, — усмехнувшись, ответил Рольф.