Брак на пари

Потом медленно сказала:

— Мне это не нравится.

— Но…

Баронесса жестом остановила Эмму:

— Однако ничего лучшего я предложить не могу. Может быть, и получится, если ее родители захотят нам помочь.

— Неужели они предпочтут, чтобы об их дочери поползли сплетни?

— Вряд ли.

— Значит, вы согласны? — спросила Эмма.

— Да, — подумав, ответила баронесса.

Эмма вздохнула с облегчением.

— А я позабочусь о том, чтобы все получилось, — горячо сказала она.

Мать Колина взирала на нее сурово. «Нет, — думала она, — эта женщина не так проста, как я думала». Эмма встала.

— Значит, сегодня днем?

— Да, ждать не имеет смысла, — согласилась баронесса.

— Я заеду за вами в два часа.

Баронесса кивнула. Однако Эмма медлила уходить, и свекровь вопросительно посмотрела на нее.

— Благодарю вас, — с трудом выговорила Эмма.

Лицо баронессы смягчилось, и она улыбнулась.

Без пяти два Эмма спустилась в холл. На ней было платье из светло-зеленого муслина с узором из веточек с темно-зелеными листиками и розовыми цветочками. Она сделала строгую прическу, которая к тому же была почти полностью скрыта под соломенной шляпкой, отделанной темно-зелеными и розовыми ленточками. Натягивая перчатки, она вышла в дверь, которую перед ней отворил Клинтон, ступила в свое ландо и велела кучеру ехать к дому матери Колина. Там они подобрали баронессу и направились к большому каменному особняку на Гровенор-сквер.

— Вы известили их? — спросила Эмма.

— Да, — ответила баронесса. — Ответа я не получила, но знаю, что они дома.

Эмма кивнула. Один из лакеев спрыгнул с запяток ландо и постучал в дверь, другой помог дамам спуститься на тротуар.

Когда мать Колина велела дворецкому доложить о ней хозяевам, на лице у того отразилось сомнение.

— По-моему, миледи, никого нет…

— Мне нужно поговорить с герцогиней по очень срочному делу, — твердо сказала баронесса. — Доложите ей обо мне.

Бросив неуверенный взгляд на Эмму, которая ему не назвалась, дворецкий сказал:

— Я узнаю, дома ли ее светлость.

Он проводил посетительниц в комнату слева от парадной двери и ушел.

— Как вы думаете, нас не выгонят из дома? — спросила Эмма.

— Я знаю жену Френсиса Дакра уже тридцать лет — с тех пор, когда она была всего-навсего мисс Джейн Фелпс. Она не посмеет отказать мне, — сказала баронесса, но в ее голосе не было полной уверенности.

— Пошли, — сказала Эмма.

— Куда?

— Мне кажется, что нам лучше самим разыскать герцогиню и посвятить ее в наш план.

— Эмма! Но так же нельзя!

Эмма уже вышла в холл и стала подниматься по лестнице. Поколебавшись секунду, баронесса последовала за ней.

— Где у них гостиная? — спросила Эмма.

— Вон там, — ответила баронесса, указывая направо.

Эмма открыла дверь:

— Здесь никого нет.