Парень подруги. Ты не для меня

Но смогу ли я отказаться — теперь, когда вдруг услышала всё то, что говорил мне Мир?

Не знаю.

Так горько на душе, что и сладкий чай не перебивает горечь. Я ощущала себя поганкой, которая обидела того, кто искренен в своём красивом порыве.

Нет, я всё-таки не права. Как бы дальше ни сложились наши отношения, я не должна была грубить, обижать его и считать девушек, побывавших в его постели. Я знала это всё и до сегодняшнего дня, однако допустила, чтобы он подошёл настолько близко. Значит, я уже приняла это.

Пусть их было много, но сейчас он все вечера проводит со мной. Он не обманывает, когда говорит, что верен мне. Хотя я понимаю, что ему, наверное, не так уж легко даётся даже это воздержание. Он мог найти любую, получить ту, на которую пальцем укажет, привык к качественному и регулярному сексу, а я всего этого дать ему не могу. Но он всё равно не отказался от меня.

Значит, я зря ему продолжаю не доверять. Не словами, но поступками он прямо сегодня и доказал, что намерения его серьёзные. Может, о свадьбе и действительно говорить неуместно, да и не нужна она мне самой пока что, но Мир мной НЕ ИГРАЕТ.

Решительно отставила чашку с недопитым и остывшим за время, потраченное на размышления, чаем и встала на ноги. Я пойду и извинюсь. Пусть сам решает, хочет ли он всей этой катавасии. Я расскажу ему о родителях. Мирослав не маленький мальчик и должен понимать, на что подписывается. По крайней мере, это будет честно. Как-то вышло всё по-уродски в этой кухне двадцать минут назад.

Я зашла в зал и увидела его на диване. Парень лежал, в руке телефон, в ушах беспроводные наушники. Он будто спал, глаза закрыты, но я словно чувствовала, что он не спит. Просто не хотел меня видеть.

Я осторожно подошла и протянула руку к нему.

— Мир, — произнесла я негромко, положив ладонь на его грудь.

Он распахнул серые глаза. Даже при тусклом свете ночника я видела, как он смотрит — прямо, серьёзно, словно насквозь видит. Мир снял наушники и вопросительно посмотрел на меня.

— Прости меня, — сказала я, заламывая руки от волнения. — Я не должна была так говорить с тобой. Это не моё дело, сколько было девушек у тебя до меня. Это было ДО меня. И про брак… Не мне решать, кто и на что способен. Я не права. Ты вовсе этого не заслуживаешь.

Он какое-то время продолжал молча смотреть на меня.

— Ну что ты молчишь? — совсем расстроилась я. — Скажи что-нибудь…

— Хочешь попросить прощения? — изогнул он бровь.

— Да. Ай!

Он ухватил меня за руку, потянул на себя и просто повалил на диван, а потом перекатился и навис сверху. Я оказалась в плену сильного горячего тела, а серые глаза оказались совсем близко.

— Ну давай. Извиняйся, Ди…

* * *— Так, Ланской! — пихнула я его в бок.