Парень из бездны (СИ)

Поэтому в столовой я проигнорировала косые взгляды адептов, чьи умы, несомненно, взбудоражили слухи о произошедшем. И хотя подробностей никто наверняка не знал, виновата во всем априори была я.

Наложив гору еды, прошествовала к свободному столу, за которым обычно трапезничал Дрейк, уселась и начала методично запихивать в себя еду. Время от времени, касалась рукой загривка Огня, неосознанно расеянно подпитывая его, от чего в процессе по шерсти животного разлетались голубоватые искры. Я давно перестала называть его умертвием даже в мыслях. В какой-то момент этот бессловесный страж стал настоящим питомцем, о котором хотелось заботиться. Он отвечал мне преданностью, а иногда, когда никто не видел, укладывал голову на колени, будто прося ласки. И я гладила, находя успокоение в прикосновении к жесткой шерсти.

Грустно вздохнула.

Все-таки я была изгоем в академии. Большинство преподавателей считали обманщицей, адепты сторонились из-за Брайдса, сокурсники по факультету некромантии попросту завидовали."

"А может, и впрямь нападение было продиктовано ненавистью? А насчет ментального воздействия я все придумала?

В этот момент рядом опустилось внушительное тело. Продолжила жевать с упорством, достойным лучшего применения.

В какой-то момент на мою руку с зажатой в ней вилкой легла тяжелая ладонь Дорана.

- Не налегай так, а то на физподготовке не развернешься, - голос временного наставника был странным, будто скрывая за иронией напряжение.

Я оттолкнула руку и запихала в рот огромный кусок стейка, истекающий соком, так, что тот потек по подбородку. Страсть к мясу проснулась вместе с ростом потенциала.

- У меня феводня тофа теория, - пробубнила с набитым ртом. И сделала это отчасти намеренно.

Но блондина не шокировало. Он спокойно огляделся, встал, прошествовал к соседнему столу и ухватил пачку салфеток, совершенно не заботясь о том, что они кому-то нужны. Протянул одну мне.

Когда я проигнорировала жест, сам начал вытирать мое лицо.

- Доран, прекрати! - возмутилась я такому своеволию. - На нас смотрят!

- Мне все равно, - равнодушно произнес блондин, заставив тем самым сравнить его с Дрейком. Тому тоже безразлично чужое мнение.

Но Доран всегда стремился поддерживать имидж надменного избалованного аристократа. Да и был таким… Но не сейчас. У этих двоих неожиданно стало немало общего.

- Я прекращу, когда ты поговоришь со мной, - в его голосе слышалась мольба.

Да нет, показалось.

- Я говорю!

- Наедине…

Я секунду молчала, пытаясь осмыслить несуразицу.

- Ты прекратишь меня прилюдно лапать, когда мы с тобой поговорим наедине?

Видимо, он осознал оплошность, потому что поднял руки в жесте примирения:

- Вечером. Поговорим наедине. У меня практика в ночном дозоре, поэтому приду поздно.