Пардус

Все бы ничего, да с ними был какой-то толстый старик, который знает меня по имени!

Гордей удивленно приподнял брови:

— Старик? Кто такой?

— Да я его впервые видел!

— Может, ты его просто не помнишь?

— Он похож на жабу в очках. Такую внешность я бы на всю жизнь запомнил! А пистолет у них из арсенала ""Экстрополиса""! Помнишь их пластиковое оружие, на которое металлодетекторы не реагируют?

— Конечно, — ответил Гордей. — Разве такое можно забыть. Думаешь, это люди корпорации?

— Они мои ровесники!

— И что? Если Департамент безопасности привлекает подростков к своим расследованиям, может, и ""Экстрополис"" занимается тем же?

— Не знаю, — пожал плечами Никита. — Но они меня здорово напугали! До сих пор не по себе.

Гордей повернул ключ в замке зажигания и вывел машину из переулка.

— Ты говорил с ними? — поинтересовался он.

— Вот еще! Я просто удрал оттуда, — признался Никита.

— Может, оно и к лучшему, — кивнул Лестратов. — Похоже, этим злополучным вагоном много кто интересуется.

— Что такого особенного в нем перевозили? — спросил Никита. — Из-за чего вся эта суматоха?

— А злоумышленникам удалось ограбить экспресс? — поинтересовался в ответ Гордей. — Ты сумел что-нибудь узнать?

— Темная история, — сказал Легостаев. — Я мало что понял. В вагоне ехало много людей, а потом все они превратились в горстки пепла на полу. Выжила лишь одна пассажирка, сейчас ее ищут. Ее зовут Персефона Сэнтери!

Машина Гордея резко вильнула.

— Сэнтери?! — воскликнул Лестратов. — Снова они! Семейка маньяков и садистов, одержимая именами из древнегреческой мифологии и жаждой мирового господства! Интересно, что этой Персефоне понадобилось в Санкт— Эринбурге?!

— ""Перевертыши"" тоже хотят это знать, — произнес Никита. — И я бы не отказался. Цирцея, помнится, натворила множество гадостей!

— Не считая того, что пытала тебя серебром, — согласился Гордей.

— А ты знаком с этой Персефоной?

— Нет, — покачал головой Гордей. — Но я могу навести справки. В архивах ""Белого Ковена"" хранятся данные обо всех членах семейства Сэнтери.

— Хотел бы я знать, что она из себя представляет.

Гордей задумчиво смотрел на дорогу.

— ""Черный Ковен"", — тихо проговорил он. — Они неспроста зачастили в Санкт-Эринбург. Сначала приезд Цирцеи. Потом история с ""Колебателем земли"" и этой скалой… А теперь и Персефона пожаловала.

— Какой скалой? — не понял Никита.

Гордей повернулся к нему, на миг оторвавшись от дороги.

— А я тебе не говорил? — удивился он.

— О чем? В последнее время ты вообще какой-то рассеянный!

— Просто сразу столько всего навалилось, — задумчиво произнес Гордей. — Я, похоже, совсем закрутился. Тогда в метеоцентре Цирцея просила старика Тоя разрушить какую-то скалу. Помнишь?"

"— Ах да! — сказал Никита.