Пардус

За внешностью благородного черного лиса, размерами превосходящего среднего пони, наверняка скрывалось нечто большее, ведь не всякий оборотень может похвастаться девятью хвостами! А у Канто в его зверином облике они появлялись. Никита однажды видел их собственными глазами и с тех пор все никак не мог забыть.

Конечно, Легостаева безумно интересовало, кем все— таки был Канто на самом деле, но расспрашивать старика он не решался. Тот хоть и болтал без умолку, но о своем прошлом никогда ничего не рассказывал. В принципе можно было попытаться разузнать у него подробности… Но Никита справедливо опасался, что Канто вместо откровений и любезностей надает ему пинков, а потом выдаст очередную китайскую или японскую мудрость, которые лезли из него, словно из рога изобилия.

Никита босиком, в удобных тренировочных штанах черного цвета и белой майке вышел на середину зала, представлявшего собой длинное просторное помещение с большими тонированными окнами. Пол покрывал огромный татами — упругий ковер, сплетенный из соломы и волокон бамбука. Вдоль стен стояли стойки с боевым оружием и доспехами кендо. Канто в просторном белом кимоно уже снимал со стенда пару длинных деревянных мечей — синаев.

— Мохнорылый! — поприветствовал он Никиту. — Ты вовремя. Я как раз закончил со своими обычными учениками.

Никита учтиво склонил голову, Канто с улыбкой ответил ему едва заметным поклоном.

— Мохнорылый! — хмыкнул Никита. — Посмотрели бы вы на себя в зеркало, сэнсэй, прежде чем меня так называть!"

"— Что, не по вкусу прозвище? А мне вот очень нравится наблюдать, как кривится твоя симпатичная физиономия! — рассмеялся старик. — Я всех оборотней так зову, и всех вас корежить начинает при этих словах!

Никита осмотрелся по сторонам. Скамейки, стоящие вдоль стен зала, пустовали.

— Гордей еще не пришел? — поинтересовался он.

— Где болтается твой непутевый старший товарищ — загадка для меня! — ответил старик.

Никита нахмурился. В последнее время Гордей Лестратов вел себя очень странно. Он как будто старался избегать Легостаева. В школе они виделись лишь на уроках истории, а сразу после занятий Гордей куда-то пропадал. Он больше не звонил Никите на сотовый, да и в ""Додзе"" появлялся все реже. Словно его что-то беспокоило, но он не хотел никому рассказывать, что именно. Не доверял? Вряд ли. У них никогда не было секретов друг от друга.

По крайней мере, Никита так думал до недавнего времени.

Гордей знал, что Легостаев — оборотень, что он наследник злобного колдуна и что за парнем охотятся не только наемники зловещей корпорации ""Экстрополис"", но и магистры ""Черного Ковена"". Никита же был в курсе, что Гордей, помимо своей учительской деятельности, состоит в ""Белом Ковене"".