Пардус

Это ведь не Ксения, с чего ей с тобой откровенничать? Ты совершенно не знаешь эту девушку, а она не знакома с тобой…

— Я понимаю! Но все же…

Никита снова нажал кнопку вызова лифта.

— Мне нужно узнать, где она живет! — сказал он. — Проследим за ними!

— Но разумно ли это?

— А как бы ты поступил на моем месте?! — горячо спросил Никита.

Гордей хотел что-то ответить, но промолчал. Он кивнул и положил руку на плечо парня.

— Иди к своей сестре, — спокойно сказал Лестратов. — Не стоит возбуждать у Панкрата лишние подозрения. Я сам все сделаю. Попробую узнать, где они ее держат.

— Правда?

— Я тебя когда-нибудь обманывал?

Гордей шагнул в подъехавший лифт, и двери за ним закрылись. А Никита отправился в палату сестры, все еще не веря в происходящее.

Марина и правда выглядела гораздо лучше. Ее лицо порозовело, дыхание выровнялось. А ведь еще совсем недавно врачи сомневались, что девушка вообще придет в себя.

Никита не представлял, что бы с ним стало, если бы она погибла. Да, Марина постоянно гоняла его и угощала подзатыльниками, но он любил ее. И едва не потерял из-за Тени.

Легостаев крепко сжал кулаки. Неизвестно, что в действительности случилось с этим метаморфом, после того как его буквально утащил за собой грузовик, но Никите хотелось верить, что он никогда больше его не увидит.

В палату заглянула тетя Лена, младшая сестра отца. Она работала в больнице и, как только появлялась свободная минутка, сразу спешила к племяннице.

— Привет, Никитос! — Тетя ласково потрепала его по плечу. — Как она?

— Вот вы мне и скажите, — не сдержал улыбки Никита. — Кто из нас двоих врач? Выглядит она хорошо…

Тетя Лена подошла к кровати и в замешательстве остановилась."

"— Даже слишком хорошо! — удивилась она. — Но как? Я заходила сюда час назад, и она… О боже!

Она склонилась над Мариной, взяла ее за запястье, послушала пульс.

— Сердцебиение в норме! Жар тоже снизился. Это просто чудо какое-то!

Женщина поправила сбившееся одеяло и вдруг застыла. Потом медленно подняла край одеяла и заглянула под него. Затем ошарашенно уставилась на Никиту.

— Что? — испугался Легостаев.

— У нее повязка на груди сдвинута. А шрам… Он просто исчез!

— Как это?

Тетя Лена отогнула край повязки на груди Марины. В том месте, куда проклятый Тень вонзил свой меч, у девушки оставался ужасный шрам. Раньше оставался… Сейчас на гладкой коже виднелась лишь едва заметная красная полоска. Рана полностью затянулась! Никита и тетя Лена озадаченно переглянулись.

Марина в этот момент пошевелилась и что-то тихо пробормотала. Они одновременно склонились над ней и прислушались.

— Мамочка, колбаски порежь, — пробубнила Марина. — Апельсин у меня полбутерброда сожрал…

— Она приходит в сознание! — восторженно воскликнула тетя Лена.