Пардус

На запястье защелкнулся скрытый в перчатке браслет. Теперь Никита не смог бы снять ее, даже если бы захотел.

— Волнуешься? — улыбнулась, глядя на экран, Летиция. — Пульс так и скачет!

— Есть от чего, — заметил Никита."

"— Не переживай так. Все кончится быстро. Отвечай мне ""да"" или ""нет"" и не вздумай обманывать. Я сразу обо всем узнаю. — Она пристально на него посмотрела. — Твои способности пантеры как-то развиваются?

Никита не знал, стоит или не стоит признаваться ей в том, что он уже практически превращается в пантеру. Соврать он не мог, а правду говорить не хотел. Кто знает, что взбредет в голову этой странной даме? Наконец Никита решился.

— Да, с недавних пор я начал покрываться шерстью, — тихо произнес он.

— Изменения продолжаются, — утвердительно кивнула альбиноска. — А сны? Ты видишь сны?

— Да, вижу. Мне снятся страшные вещи… Иногда они сбываются.

Как, например, воронье из его последнего сна. И шум проходящего вдали поезда. И еще кое-что, о чем Никита забывал сразу после того, как просыпался. А потом вспоминал после того, как это происходило с ним наяву.

— Известно, что все Наследники видели вещие сны и могли узнавать из них свое будущее… — сказала Летиция. — Илларион тоже был способен на такое.

— Вам многое о нем известно? — спросил Никита.

— Да, кое-что я слыхала, — ответила Летиция. — и все только плохое, ничего утешительного сказать не могу. Он был настоящим исчадием ада и обладал многими темными талантами. Соответственно, использовал их отнюдь не на добрые дела. Судя по рассказам очевидцев, Черноруков мог вызывать демонов, занимался алхимией, некромантией… Рано или поздно все эти способности достанутся и тебе.

— Я бы с удовольствием от них отказался, — честно признался Никита. — Знать бы как…

— Что-то мы отвлеклись! — Летиция вновь повернулась к ноутбуку. — Продолжим! Ты в своих снах видел Иллариона?

Никита ошарашенно на нее посмотрел:

— Нет…

— А наяву?

— Что вы такое спрашиваете? — удивился он.

— Отвечай!

— Нет! — раздраженно бросил Никита. — А должен был?

Летиция не обратила внимания на его вопрос.

— Ты уже жаждешь крови? — спросила она.

— Нет…

— Не появлялось желания перегрызть кому-нибудь глотку?

— Нет, — не на шутку испугался Никита. — Я только полюбил молоко и рыбу…

— Ты желаешь своим врагам смерти?

Никита задумался над ответом. Врагов у него было много, но единственное, чего он хотел, — чтобы его просто оставили в покое. Смерти он не желал никому, предпочитая видеть злоумышленников за решеткой.

— Долго думаешь! — придралась Летиция. — Так желаешь или нет?

— Нет.

— Лжешь, — вдруг сказала она.

— Что?! — округлил глаза Никита. — Я говорю правду!

— Детектор не обманешь! Он говорит, что ты лжешь.