Пардус

Вся в многочисленных мелких порезах, заляпанная золотистой пыльцой и густым зеленым соком сломанных растений.

— Подожди, не вставай, — сказал ей незнакомец. — Сейчас придет врач.

— Это в его интересах, — мрачно изрекла Светлана. — Пусть поторопится, пока я не вышла из себя! А вы, собственно говоря, кто такой, дяденька?!

— Извини, не представился. — Он широко улыбнулся, блеснув ровными белыми зубами. — Я — Гордей Борисович Лестратов, ваш новый учитель истории.

В их школе еще никогда не было учителей мужского пола с серьгой в ухе. Светлана и Никита уставились на него так, словно у него было две головы.

— Так вот вы какой, — произнес Никита. — Мы о вас уже наслышаны…

— Не стоит верить всему, что говорят, — сказал Гордей Борисович. — Половина из этого — наглое вранье!

Никита и Светлана заулыбались. Вдруг Романова поморщилась от боли. Из пореза у нее на лбу просочилась тонкая струйка крови, потекла на глаза. Девушка осмотрелась по сторонам и сорвала широкий мясистый лист со сломанного цветка, растущего неподалеку, затем приложила его ко лбу. И тут же взвизгнула от нестерпимого жжения, когда густой сок растения попал в ее кровь.

Она отшвырнула от себя лист.

— Столько растений и ни одного самого завалящего подорожника! — возмущенно воскликнула она, потирая лоб. — На что он тогда годится, этот ваш хваленый зимний сад?!

Она снова покачнулась.

— Ты уверена, что с тобой все хорошо? — спросил Никита.

— Со мной все отлично! — заверила его Светлана. Но это было совсем не так.

Светлана Романова даже представить не могла, что дремавший в ней все эти годы ген «СД-80», которым обладали все метаморфы, только что активизировался. Сок неизвестного цветка уже вступил в реакцию с ее кровью, быстро разносясь по всему телу и перестраивая организм…

Глава седьмая

Мифология от Гордея Борисовича

Жизнь пошла своим чередом. Учеба, домашние задания. С того дня, как в школу ворвался Мебиус, прошло две недели, и Никита потихоньку начал успокаиваться. Кто знает, что взбрело тогда в голову этому электроманьяку? Разгромленные коридоры и вестибюль уже успели подремонтировать, и постепенно инцидент начал забываться, заслоняться более насущными проблемами.

К примеру, Никита совершенно ничего не соображал в химии. Елена Владимировна предложила ему позаниматься дополнительно, посетить факультативы. И Никита быстро пришел к выводу, что это хорошая идея. Он уже успел схватить пару троек по этому ненавистному предмету, а ведь четверть только началась. Что будет дальше — даже подумать страшно.

Вечером в воскресенье он сидел на кухне, обложившись учебниками, и делал домашнее задание. На шкафу тихо гудела микроволновка, распространяя вокруг запах горячего молока.