Пардус

Из мрака появилась Тамара Петровна Оболдина. В руке она держала небольшой серебристый пистолет, дуло которого было направлено в голову Эдуарда Кривоносова.

— Вы?! — ужаснулся Кривоносов.

— Я предупреждала, что не стоит становиться моим врагом, — сказала она. — И кто оказался прав?

Каменецкий резко выхватил из-за пояса пистолет. Тут же грохнул выстрел. И охранник свалился рядом со своими людьми, корчась от боли и зажимая рукой простреленное плечо. Тамара подошла к нему подобрала его пистолет и швырнула за борт. Затем вновь направила оружие на Кривоносова.

— Предупреждаю, — зловеще сказала она. — Стреляю я метко. Так что не делайте резких движений.

— Что вам нужно? — спросил Кривоносов.

— Ключ Штерна! Тот, что эта психопатка забрала у Авдеева, так вероломно разделавшись с ним!

— У меня его нет! — воскликнул Кривоносов.

— Лжете!

Тамара приставила дуло к его лбу:"

"— А я терпеть не могу лжецов! Это ты виноват во всем, Эдуард! Мои люди мертвы! «Черная четверка» уничтожена! А ведь все так хорошо начиналось… И теперь я заставлю тебя ответить за все!

Примерно там же, где находились Оболдина и Кривоносов, только ниже палубой, лишившаяся своих сверхъестественных сил Ядвига Савицкая бросилась на Никиту Легостаева с тяжелым разводным ключом. Визжа от злости, она рванулась вперед с такой скоростью, что Никита не успел отреагировать. Мощный удар отшвырнул его на стену. Парень свалился на пол и замер, ловя воздух широко открытым ртом.

Ядвига тут же ударила сверху. Никита увернулся, и ключ врезался в железный пол. Она размахнулась еще раз. Тогда Никита подтянул колени к груди и резко выбросил обе ноги вперед, ударив убийцу в живот.

Савицкая отлетела назад и рухнула на пол. В момент падения над ней взметнулись яркие огненные искры. Никита помертвел. Савицкая громко расхохоталась.

— Организм метаморфов быстро эволюционирует! — крикнула она. — Похоже, теперь «спящая красавица» действует на меня недолго!

Она отбросила ключ в сторону и вытянула вперед обе руки. По всему ее телу прошла судорога, из ладоней полыхнуло пламя. Слабое, тусклое, оно быстро увеличивалось в размерах.

Никита понял, что дело — дрянь. Вскочив на ноги, он бросился обратно в машинное отделение. Ядвигу нужно было удержать во что бы то ни стало. Топливо уже залило весь пол. Достаточно было одной искры, чтобы весь корабль взлетел на воздух.

Парень проскользнул в дыру с рваными неровными краями, которую сам и пробил недавно, затем ухватился за лепестки искореженного металла и, стиснув зубы, загнул их внутрь, закрывая проход.

— Думаешь, это меня удержит?! — крикнула Ядвига.

И в ту же секунду ее тело окуталось мощными струями огня.

Никита понесся к выходу из машинного зала.