Пардус

Твари с чешуйчатой кожей, длинными щупальцами и острыми когтями окружали его со всех сторон. Возможно, они тоже когда-то были людьми, а может, их вырастили специально для целей ""Черного Ковена"". Глаза монстров были закрыты, они не подавали признаков жизни.

Дверь за спиной Никиты гулко захлопнулась. Он обернулся и увидел Брамина. За его спиной возникло еще трое оборотней, двое мужчин и женщина.

— Где остальные? — спросил Никита.

— А нам больше никто и не нужен, — ответил Брамин и, сунув руку под куртку, вытащил пистолет. Снял его с предохранителя и прицелился в Никиту.

— Что ты делаешь? — растерялся Никита.

— То, что давно следовало сделать, — ответил вожак Парда и выстрелил.

Никита проворно прыгнул в сторону и нырнул за один из баков. Пуля ударила в стену и отскочила.

— Так это ты! Все вы… — догадался Легостаев. — Вот кто стоит за всеми покушениями!

— Летиция обещала хорошо заплатить за твою смерть, но рано или поздно я сделал бы это бесплатно. — Брамин двинулся в его сторону. Его люди остались караулить у двери. — Видишь ли, Наследник, мне совершенно не хочется освобождать место вожака. Мне нравится управлять Пардом, и я не собираюсь отдавать власть кому-то вроде тебя.

Снова грохнул выстрел. На этот раз пуля, отскочив, врезалась в стеклянную колбу над головой Никиты. Стекло треснуло, и несколько сотен литров физиологического раствора хлынуло на пол. Следом вывалился монстр и неожиданно вяло пошевелился. Никита в ужасе бросился к другому баку.

— Нашей стае не нужен новый вожак, — продолжал Брамин. — Мои люди вовсе не жаждут возвращения прародителя, им и так неплохо живется. Кому охота, чтобы какой-то древний мертвый маньяк начал диктовать нам свои условия и вводить свои порядки? Мой отец рассказывал мне о правлении Иллариона, а он слышал эти рассказы от своих родителей.

Черноруков правил Пардом железной рукой. Нам это надо? А не станет тебя, не сбудется и пророчество. Для призрака просто не найдется подходящего тела. Если Летиция еще и заплатит нам за убийство, выгода очевидна!

— Логично, — согласился Никита.

Но погибать ему все равно не хотелось. Он выглянул из-за бака в поисках возможных вариантов бегства, но из зала вела всего одна дверь. И ее охраняли три оборотня.

Выстрел разнес еще одну колбу, и еще один монстр очутился на полу. На каменных плитах разлилось озеро остро пахнущего раствора.

— Сколько мне еще тратить серебро?! — взревел Брамин. — Вы, трое, хватайте его и тащите сюда!

Оборотни двинулись к Никите. Но едва они отошли от двери, как та распахнулась, и в зал стремительно вошла Иоланда. Ее лицо было искажено от ярости. Глаза горели холодным голубым огнем, губы сжались в тонкую полоску. Ее черные одежды развевались, словно от сильного ветра.