Пардус

— И они еще предлагают нам заниматься такими расследованиями! — тяжело дыша, воскликнул он. — Да у нас даже пистолетов нет, чтобы защититься в случае чего!

— Думаю, против них пистолеты бессильны, — задумчиво произнесла Татьяна. Она оперлась рукой о каменную стену и опустила голову, пытаясь отдышаться.

— Ты так считаешь? — Антон нахмурился. — Хотя… Эта Персефона смогла уничтожить полсотни человек. Наверное, ты права. А кто такая эта Порфирия, которую они вызывали?

— Не знаю, — пожала плечами Татьяна. — Но имя кажется мне знакомым.

— Призрак, представляешь?! Я пережил оборотней, ведьм и метаморфов! А теперь узнаю, что еще и призраки существуют! Впору окончательно сойти с ума!

— В таком случае нас определят в соседние палаты, — сказала Татьяна.

— А еще ""Книга теней"", ""Пандемониум"" и Ищейка — знать бы, что все это означает.

— Поехали к Панкрату, — предложила Татьяна. — Мы со своей миссией справились. Пусть теперь сам думает, что делать дальше.

Они отдышались и уже гораздо спокойнее зашагали к ближайшей станции метро. Но Татьяна все никак не мог забыть того, что случилось в салоне мадам Феофании. Она понимала, что этот эпизод никогда не сотрется из ее памяти. Как и многое другое, что случилось с ней за последние два года.

Глава двенадцатая

Особенность наследников

Никите снился кошмар. Он понимал, что видит сон, но никак не мог проснуться, словно что-то держало его, не давая вернуться в реальный мир. Такого с ним не происходило уже очень давно. Однажды леди Летиция предупреждала Никиту, что его сны — одна из особенностей всех Наследников. А самое гадкое — эти сновидения имели обыкновение сбываться. Все Наследники, упоминания о которых встречались в архивах ""Белого Ковена"", собранных за много сотен лет, видели в своих снах будущее либо прошлое — былую жизнь тех, чью силу они должны были унаследовать."

"Никита находился в странном круглом помещении с низким потолком. Стены покрывали многочисленные зеркала, которые отражались друг в друге, отчего казалось, что комната гораздо больше, чем на самом деле. Никита не мог пошевелиться, его руки и ноги были туго связаны серебряными цепями. Серебро глубоко врезалось в кожу, парень ощущал ужасную боль и запах горелого мяса. Над его головой на потолке фосфоресцировала в полумраке пентаграмма, испещренная странными оккультными символами. В пяти углах пентакля горели перевернутые свечи черного цвета.

Перевернутые?!

Тут до Никиты дошло, что на самом деле это он висит вниз головой. А пентаграмма нарисована на полу под ним. В ее центре стояла широкая серебряная чаша. В комнате курились благовония, их дым поднимался к потолку и клубился вдоль зеркальных стен.

Из клубов дыма появились три высокие фигуры в черных одеяниях.