Параллельные (СИ)

— Кто? Я?! — вполне искренне удивился «Илюха», в театральном жесте прижав руку с банкой к груди, но немного переусердствовал, неудачно крутанув её так, что остатки пива полетели прямо на мою белую блузку.

Отскочить я отскочила, но тут же налетела на того из парней, что стоял у меня за спиной. Взвизгнула и на каком-то неясном мне рефлексе не придумала ничего лучше, чем стянуть с плеча сумку и начать ею колошматить Дерзкого. Тот хоть и смеялся, но, получив пару раз по стратегически важным местам (благо что медик во мне знал, куда бить), быстро замолк, а потом и вовсе начал сопротивляться, пытаясь ухватить меня за руки.

— Эй, ты чего такая нервная?!

— Это не я нервная, — впервые подала голос, — а ты, козёл!

— О-оу, — присвистнул довольный происходящим приятель Дерзкого. За что тут же получил от меня локтем в глаз.

На самом деле абсолютно случайно — я попросту пыталась отделаться от Илюхи и излишне сильно отвела руку назад, с размаху попав прямо в яблочко… глазное. Парень взвыл, схватившись за лицо.

Драться мы перестали. Я прижала к груди сумку и с несчастным видом наблюдала, как Дерзкий пытается помочь другу, согнувшемуся в три погибели, прижимая основание ладони к подбитому глазу.

— Точно психованная! — зашипел на меня виновник всей этой кутерьмы. — На людей кидаешься!

— Не кидаюсь! — обиделась я, потом, правда, не выдержала и потребовала у раненого: — Глаз не трогай!

Оба замерли, после чего Илья натурально заскрежетал зубами.

— Смотри, что ты наделала! Фингал теперь будет, а Костяну, между прочим, завтра идти на работу устраиваться.

По скривившемуся Костяну как-то не особо было заметно, что он из-за работы переживает, а вот что глаз болел — это да. К слову, веко уже начинало опухать. Ох и меткой же я оказалась!

— Вы меня напугали, — решила оправдаться я, с нарастающим беспокойством созерцая, как Костян трёт место ушиба. — Да не трогай же! — в итоге сорвалась я, оттолкнув Илью в сторону.

— При контузии глазного яблока ни в коем случае нельзя подвергать глаз механическому воздействию, а также следует обеспечить ушибленному глазу абсолютный покой. Для этого полностью исключить движения им и повороты головы… — протараторила тоном Гермионы Грейнджер. Не даром экзамен по офтальмологии был сдан на прошлой неделе.

Но окружающих это не впечатлило.

— Ты ещё и зануда, — обречённо вздохнул Илья.

— Я — врач! — заявила гордо, потом, правда, уточнила: — Будущий.

— Слышь, Кость, тебе повезло. Тебя покалечил врач… будущий.

— Да пошёл ты, — без особой злобы выругался раненый, поддавшись моему напору и убрав руку от лица. Впрочем, щуриться ему это не мешало.

— В какой области ты хоть врач… будущий? — потешался надо мной Дерзкий. Ему явно нравилось издеваться надо мной.

Прежде чем ответить, я замялась.