Параллельные прямые

Бухаюсь рядом с ним на колени, пачкаясь в крови нахожу рану, с левой стороны, в области сердца. Срываю с себя хлопковую футболку, комкаю ее, правой рукой крепко прижимаю хлопковый комок к ране. Слышала где-то, что главное остановить кровь…. Голова кружится, телефон в кармане застрял, никак не вынимается.

Генка пошевелился и открыл глаза….

— Маш, я снова тебя подвел…. Прости….

Генка замолчал, мне вообще показалось, что он перестал дышать. Я закричала, что было сил:

— Помогите! Кто нибудь, помогите!

И упрямо пыталась вывернуться и достать дурацкий телефон, умудриться залезть левой рукой в правый карман брюк, при этом стоя на коленях, никак не получалось. Правую руку даже на долю секунды боялась убрать от раны, казалось сразу кровь хлынет фонтаном, и все. Остановить не смогу.

— Помогите! Срочно нужна скорая! — продолжаю кричать, есть надежда, что бабушка услышит…. Слабая надежда, бабуля, когда Мишаня засыпает, смотрит телевизор в наушниках.

Генка снова зашевелился! Глаза открыл, даже улыбнуться пытается!

— Маш, ты…. Замерзаешь. Боже какая ты красивая…

Когда человек, которому сердце ножом проткнули, с интересом уставился на твою грудь, это скажу я вам…. Лично меня, с панталыку сбило.

Снова набираю в легкие воздуха и выдаю:

— Помогите! Не смотри ты так! Сама знаю — белье красивое!

— Я не смотрю, я любуюсь… — хрипловато шепчет Генка и опять вырубается."

"В ситуации когда минута кажется вечностью, главное не впадать в отчаяние! Я все таки извернулась, трубку из кармана выудила. Правда она мне не пригодилась, в ту же секунду, как телефон оказался у меня в руках, подоспела помощь. Видимо, вселенная надо мной сжалилась, решила вмешаться: раз уж жильцы дома меня не слышат, или не хотят слышать, она прислала ко мне — Ангела. Самого настоящего, только без нимба и шуршащих за спиной крыльев. В куртке с надписью МЧС и чемоданчиком с красным крестом в руках.

Ромка Ангел, мой одноклассник живущий в соседнем подъезде, врач неотложки Министерства Чрезвычайных Ситуаций, несмотря на плотное телосложение, взвился вверх по лестнице легко и бесшумно.

— Твою мать! Там местные парни мужика с окровавленным ножом поймали, сказали из этого подъезда выскочил…Хорошо я полицию не стал дожидаться, побежал смотреть… — Ромка поставил чемоданчик, — Маш, отойди в сторону. И это, куртку мою накинь.

— А рану как? Отпустить? — спрашиваю испуганно. Генкина кровопотеря меня пугает больше, чем мое неглиже.

— Отпускай, — коротко командует Ангел, стряхивает с себя куртку, я неловко поднимаюсь с колен, утопаю в Ромкиной рабочей одежде.

— Давно без сознания?

— Минуты полторы.