Пара для дракона, или просто будь пламенем

— Я, будучи юным, предал себя, и не один раз, — вдруг сказал Старейшина, повергнув Ири и вовсе в когнитивный диссонанс. — Отверг пару, которую любил, побратимов, с которыми рос. Я сделал это ради интересов семьи, и ради политической стабильности, и во имя многих других вещей, которые не стоит упоминать здесь. Если бы всё повторилось, наверное, я поступил бы так же. Но… Возможно, у тебя получится прожить другую жизнь и построить другой мир. Но ты не сможешь этого сделать, пока лжешь себе. Ты спрашиваешь, что показать им? Покажи, что такое настоящее пламя!

С этими словами дедушка обернулся и направился к выходу.

— Почтенный Старейшина, — ей это стоило больших усилий, но голос не дрожал. — Пришлите мне вестника, как только завершите свои дела в Бажене.

— Непременно, о Властелин.

Ири посидела, глядя в стену. Будь пламенем, значит? А это мысль… Она подняла магический колокольчик и небрежно позвонила.

— Позовите, будьте добры, госпожу Гун и господина Чо. Мне есть, что с ними обсудить.

Властелин задерживался, а над толпой витали дичайшие слухи: мол, членам гильдий перестанут платить, вакаби запретят выращивать, а соль — добывать, магов выгонят на улицы, мертвецам позволят жрать живых без ограничений и прочие пророчества апокалиптического толка. То тут, то там возникали спонтанные очаги недовольства, но суровый вид гвардейцев и светлы очи некромантов сдерживали волнения.

Мужчина в простом потёртом плаще, что наблюдал за происходящим из тени, слегка улыбнулся. Он успел отвыкнуть от этого всего: от такого вот походного плаща, от иллюзорного неприметного облика, от азарта, от напряжения. Всё же, Рик успел закостенеть, сидя в кресле Старейшины. Впрочем… после того, как ушла Ко, он мало чем интересовался. Сначала ещё получалось прорываться сквозь безумие, кое-как хватаясь за месть, но потом стало совсем дурно.

Разумеется, он бы не выплыл, если бы не Ика. Почтенный Ледяной Старейшина тормошил его, злил, не отпускал ментальный поводок, втягивал в противостояние, навязывал соперничество. Не отпускал. В итоге Рик всё же подался в Старейшины. Хотя бы для того, чтобы прищемить ледяному интригану хвост.

И вот теперь, глядя на толпу, ожидая появления внучки, Рик с удивлением понял, что снова чувствует вкус жизни.

Разумеется, сюда его никто не приглашал. Опять же, он не сомневался, что малышка Ири сможет справиться, что бы там ни было. Но подстраховка никогда не повредит, не так ли? Если их не сможет убедить она, всех недовольных ждёт алое пламя.

Обугленные трупы, как ни крути, редко выражают недовольство.

Сначала небо потемнело. Тучи всё сгущались и сгущались, подул сильный, пронзительный ветер, и днём стало почти так же темно, как в сумерках.

Народ потрясённо ахнул.