… Para bellum!

– Надеюсь, – сказал командующий, – что вы и этими силами сумеете разделаться с противником и вскоре донесёте мне об освобождении Сухиничей.

Что ж, я принял эти слова Георгия Константиновича как похвалу в наш адрес …

От Ф. И. Голикова 16-й армии передавались 322, 323, 324 и 328-я стрелковые дивизии и одна танковая бригада вместе с участком фронта протяжённостью 60 километров. Из наших старых соединений, с которыми мы сроднились в боях под Москвой, получили только 11-ю гвардейскую».

И дальше у Рокоссовского всё прекрасно; командующие соседними армиями оказались однофамильцы Поповы – очень хорошо и т. д.

Но оцените издевательскую суть приказа Жукова. По нормам той войны, полнокровной стрелковой дивизии в наступление давался участок фронта в 1,5—3 км. С теми силами, что Жуков выделил Рокоссовскому для этого наступления, участок фронта у него должен был бы быть максимум 15 км, а не 60! Более того, дивизия в обороне должна была занимать участок фронта в 6—14 км, т. е., наличных сил даже для обороны едва хватало. Но Рокоссовский истерики не устраивает и не требует дать ему резервы:

«Поставленная фронтом задача не соответствовала силам и средствам, имевшимся в нашем распоряжении. Но это было частым тогда явлением, мы привыкли к нему и начали готовиться к операции …».

Ещё один момент. Вы знаете, что немцы под Москвой при отступлении сжигали всё жильё. Делали они это из военной целесообразности. В лютые морозы в поле, в окопах воевать практически невозможно."

"Мой дед рассказывал, как один ретивый проверяющий генерал заставил батальон их дивизии зимним утром взять ненужную высотку. Немцы подпустили батальон, а потом пулемётным огнём заставили залечь и не давали поднять головы. В сумерках посланная разведка сообщила, что весь батальон, и раненые, и живые, превратился в лёд. Командир батальона, который, как и полагается, находился сзади наступающих рот и под огонь немецких пулемётов не попал, узнав эту новость, застрелился. Генерал сказал, что он слабак … Дивизия звания гвардейской не получила, так как доклад проверяющего генерала был отрицательный.

Но вернёмся к Сухиничам. В городе укрепилась вновь прибывшая из Франции пехотная дивизия под командованием немецкого генерала фон Гильса, и плевать она хотела на те 4 дивизии, которые Жуков вручил Рокоссовскому. Ведь эти дивизии участвовали в наступлении зимы 1941 г., прошли с боями более 300 км и именно их немцы погнали обратно и выбили из Сухиничей. В этих дивизиях почти не было людей.

Немцы сидели в тёплых домах, блиндажи и огневые точки у них были в тёплых подвалах – чего им было бояться русских, наступающих по голым промёрзшим полям, русских, которых они только что разгромили?

И Рокоссовский делает следующее.