Блудный папа для сорванца

Ведь к самой главной мы даже не подобрались – Кирюха еще не знает обо мне правду…

Отец, волнуясь совершенно непривычно для него, взял ребенка за руку и увел показывать свою коллекцию игрушечных кораблей. Сколько себя помню, он всегда из командировок привозил какой-нибудь небольшой кораблик, будь то фрегат с яркими парусами или несуразная серая подводная лодка."

"Всё это игрушечное безобразие занимало огромный шкаф на всю стену в его домашнем кабинете. Будучи мальчишкой, я безумно любил приходить туда и слушать выдуманные истории о плаваниях этих кораблей.

Интересно, когда слепое сыновнее обожание сменилось во мне обидой на отца? Когда он перестал видеть во мне любимого сына и разочаровался полностью? Возможно ли всё восстановить? И как избежать похожих ошибок уже со своим сыном?

Может быть, появление Кирюхи станет тем самым мостиком, который перекинется через пропасть между мной и отцом? Хотелось бы надеяться. Меня мучили эти и другие вопросы, когда я смотрел на заламывающую руки Лизу. Я понял причину ее волнения сразу же.

– Не переживай, он не скажет ему, – шепнул ей на ухо, на что она вздрогнула и опасливо посмотрела по сторонам. Ее дерганые движения почему-то меня разозлили. Малейшее потепление между нами снова скатывалось в арктическую стужу. Она не хотела принимать знаком внимания и смягчаться по отношению ко мне.

А ведь показалось, что дело сдвинулось с мертвой точки…

Мама утащила сестру на кухню под предлогом заняться десертом, а на самом деле наверняка хотела расспросить про ее отношения с Лимоном. Я тяжело вздохнул и посмотрел на недородственничка.

– Ну что, Игорёк, теперь ты наконец-то отстанешь от Юли? Слишком долго ждать наследства… – решил поддеть его я. Очень уж хотелось, чтобы этот скользкий тип отстал от моей сестренки. Лучше пусть сразу поплачет, чем потом останется с ребенком от этого проныры на руках или еще чего хуже.

– Я, к твоему сведению, действительно ее люблю, – подобрался Лимон, пыхтя, как паровоз. Он сейчас лгал нагло и прямо мне в лицо. – Лучше разбирайся со своими бабами, а в нашу семью не вмешивайся.

Ах семью?! Даже так? У меня зачесались кулаки – так захотелось расправиться с гадом и выставить его за порог, чтобы сказки не рассказывал. Шагнул вперед, но Лиза удержала меня за руку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Гриша, – сказала спокойно, посмотрев мне в глаза, – не надо. Сейчас не время и не место для выяснения отношений.

– Вот-вот, Гришаня, лучше послушай свою подстилку.

У меня в ушах всё зашумело, и я, схватив этого идиота за шиворот, рывком поднял со стула, на котором он развалился с наглым видом.