Блудный папа для сорванца

С другой стороны блестел искрами на солнце скованный льдом пруд. Гладкая поверхность была припорошена крошкой инея. К пруду можно было спуститься по лестнице, проделанной прямо в каменном выступе.

Наверное, летом сюда ходят рыбачить. А зимой можно кататься на коньках. От увиденной картины захватило дух. Если бы Кирюшка не дергал за руку, требуя внимания, я бы так и стояла завороженная.

– Дядя Гриша, ваши родители живут прямо в лесу? А они не боятся волков? – простодушно спросил сын.

Черкасов рассмеялся.

– Мой отец сам кого хочешь напугает, – пошутил он, кивнул в сторону дома и, достав наши вещи из багажника, подтолкнул нас к входу в дом.

– Он охотник? – не отставал сын, а я улыбнулась про себя. Новоявленному папочке еще придется привыкнуть к тому, что дети очень дотошны и воспринимают сказанное буквально.

– А ты скоро у него сам всё и спросишь, – подмигнул Гриша, заканчивая разговор.

Я пошла вперед, невольно обратив внимание на машины, стоящие под сенью огромных елей.

Стоп. Одну из иномарок я видела. Алая, яркая, как и ее хозяйка. Интересно, что здесь делает Виталина?! Черкасов знал, что она приедет?

Я с подозрением покосилась на Гришу, но он ничего не сказал, лишь крепче сцепил челюсти и помог Кирюше открыть тяжелую дубовую дверь.

Может быть, это не ее машина, а такая же?

– Гришенька! – элегантная, очень ухоженная женщина в годах, очевидно мать Черкасова, всплеснула руками и направилась к нам навстречу. – Кого это ты привел? Как зовут нашего юного гостя?

Кирюшка оторопел и вжался в мою ногу, обняв ее и опустив голову вниз. Толпа народа, вышедшая нас встречать, смутила ребенка.

– Это Кирилл, а это моя мама, пацан, – Черкасову пришлось взять всё в свои руки и быть заводилой на этом пресном празднике жизни. – А это Лиза, – представил он и меня, да только хозяйка дома сделала вид, что не слышит.

– А я Елена Павловна, но можешь звать меня просто бабушка, Кирюша, – она посмотрела на внука с непередаваемой нежностью и, смерив меня коротким недовольным взглядом, пригласила в дом: – Ой, что же это я?! Проходите, пожалуйста, стол давно накрыт! Заждались вас уже… Сейчас усядемся и нормально познакомимся. Без вас не начинали."

"Я замерла и похолодела. «Бабушка» – как она могла сказать такое? Гриша же поговорил с родителями… Или только мне так сказал?

Как же легко и непринужденно его мать проигнорировала меня. Я снова почувствовала себя не в своей тарелке. Мне тут не рады. Мне тут не место.

Прикрыв глаза, я на ватных ногах прошла в просторную, богато обставленную гостиную. Светло, роскошно, стол ломится от блюд с едой, блестят столовые приборы, и переливается огнями пышная елка. Неподалеку камин с развешанными на нем декоративными носками и белыми в красную полоску леденцами.