Папа для Ромашки

– Хоть что-то от него хорошее осталось.

Как хорошо тут… просто сидеть, шутить, не выслушивать нотации, не думать все время о работе и деньгах, о том, какой никудышный сын, не оправдывающий священную фамилию Бергман.

В дверь звонят.

– Ты кого-то ждешь, Саш? – оборачивается к мужу мама.

– Нет.

– Сидите, я открою.

Юрка довольно улыбается, делает кофе. Все наконец становится на свои рельсы

– Явился? – возмущается мама, и Юра тут же в коридор. Я только выглядываю. Но готов, если что, тоже выйти.

– Кать, ну выслушай…

Катя…?

– Выслушай? – бьет по рукам и плечам кого-то.

– Мам, подожди… – Юра ее успокаивает и обнимает. – Сергей Иванович, проходите.

– Сергей Иванович…? Я из-за этого Сергея Ивановича поседела раньше положенного."

"– Это брат ее. Тоже думала, что погиб, а оказался жив, – поясняет мне Юрин папа. – Твой дядька, кстати.

– И тоже все из-за Бергмана…

– Саш, знакомься… – На кухню заходим мама с мужчиной, который нам с Варей помогал, следом Юра. – Как тебя называть-то?

– Сергей, я уже привык.

Она и рада, и злится. Как бы я рад был, если бы Аня была жива. Пусть даже так. Находить, то что утеряно, всегда приятней, чем понимать, что утеряно навсегда.

Я знакомлюсь еще и с дядей. Он задолжал отцу денег. Чтобы списать долг, его сестре, моей маме, предложили родить ребенка. Получились мы с Юрой. Его избивали, заставляли делать “грязную” работу, о которой он не стал рассказывать. Как-то ему дали машину, задание, перевезти какую-то посылку.

– Короче, так получилось, что одному моему другу надо было поступить в академию и сдать сложный экзамен. Он не подготовился. Попросил меня сдать за него. В итоге, я пошел на экзамен, он повез груз. Чтобы намособо не засветиться, дал ему свою куртку, кепку и часы. Он перевозил то ли оружие, то ли что-то взрывоопасное… Этот груз… За машиной следили. Хотели захватить, как я потом разобрался, он не справился с управлением. Авария, взрыв. Все думали, что там я. Если бы я оказался жив, то меня бы точно убили, что все профукал. А я как раз сдал за него экзамены в Академию и поступил.

– И что? Никто его не узнал?

– Так он детдомовский был. Это был мой шанс вырваться из этого дерьма. Меня как побрили налысо, так все на одно лицо.

– Меня мог предупредить… – с обидой говорит Катя.

– Кать… Я поступил, вернее он поступил, меня сразу на базу. Военную, в какой-то лес. Там ни связи, ничего. Письмо я не мог написать. Когда отучился и вышел, вы переехали. Пока нашел вас в Москве. Я рядом был, за Юркой присматривал. Это я пришел давно в школу и приглашал детей в спортивную секцию. Хотел, чтобы он ходил, – Юра улыбается ему. – Потом направлял, куда учиться идти, по работе. Знал, что ты злиться будешь на меня, но я был рядом с вами. И я мечтал найти Заказчика того, чтобы наказать его. Потом собирался тебе все рассказать.