Позывной «Пантера»

Начальник штаба УВД Чечни Ахмед Расулов:«Предлагаю к августу все функции по охране правопорядка передать чеченской милиции, а в сентябре окончательно сформировать собственное МВД».

Министр МВД:«Обещаю. К сентябрю численность чеченской милиции достигнет 10 тысяч человек (почти дивизия). Все прикомандированные русские уедут домой, а в Чечне останутся советники. На район, думаю, будет примерно 20 – 30 советников».

Надыров:«Да, думаю, достаточно».

Начальник штаба УВД Чечни Ахмед Расулов:«Про Хаттаба говорили – он достойный человек, его бы никогда не предали. А Шамиль (Басаев) – шакал, продажная шкура»[14].

Практически на закрытом совещании в открытую говорилось о начале третьей чеченской войны. Главное, все это понимали. Одна сторона диктовала, другая записывала.

Но больше всего в память врезались слова главы администрации Чечни Казбека Надырова, который добился от президента страны права назначать руководителей администраций и сотрудников аппарата управления с правом замены российских военных местными чиновниками: «А того, кто убил брата Малика Исрапила, ищут – по моим сведениям, уже нашли и отдадут Малику. Только не спрашивайте, что он будет с ним делать».

Нашли человека, который оставлял в застенках позывные. И все силовики, присутствующие на совещании, дали «добро», считай, на казнь российского офицера.

2

Тамбов

Когда 34-летнему Александру Скумбатову предложили встать во главе какого-то фонда содействия ветеранам локальных конфликтов, он своим единственным глазом сумел разглядеть в этом такую аферу, что остаток жизни пришлось бы профессионально разглядывать тюремный коридор из камеры, где нашлось бы место и другим участникам липового образования. И Саня подался в захудалую школу боевых искусств, предложив услуги наставника. Правда, перед этим он пробовал поставить на ноги местный стрелковый клуб. На его изуродованную щеку посмотрели подозрительно, про Звезду Героя сказали, что она куплена на Арбате: «Ты удостоверение покажи». Саня показал свою длиннющую ручищу, согнув ее в локте, и пошел в школу боевых искусств.

Боец из него был классный. Какой-то одной школы – нет, но в сумме валил всех, включая титулованного, опоясанного аж тремя вороными (ни одному Малевичу такой черный цвет не привидится) поясами сенсея. Последний всегда делал одну и ту же ошибку – подходил к матерому диверсанту с той стороны, с которой у того не было глаза. Но Скумбатов по кличке Один-Ноль видел лучше рыбы из воды своим единственным глазом.

И помнил едва ли не первый инструктаж, когда попал в учебную роту батальона особого назначения: «Сорок часов в неделю рукопашный бой, – отрубал инструктор, похожий на робота, – сорок – ножевой. Сорок часов отводится на огневую подготовку.