Паноптикум

Много машин. Аслан, забрав мой рюкзак и свою сумку, вошел в здание. Я прижималась к Эмину у дверей, считая удары своего сердца, и сдерживая режущий изнутри все всхлип. Он курил, положив подбородок мне на макушку и молчал. Секунды таяли. Душа в ужасе, разум в оцепенении. В ночном морозном воздухе сигаретный дым. Вокруг его машины и люди.

— Пора. — Его негромкий ровный голос, мягко отстраняет меня и приподнимает пальцем подбородок, глядя в глаза. — Твой телефон. Сейчас. — Прикусила губу, выуживая из кармана трубку и вкладывая в его прохладную ладонь, пальцы сжали подбородок сильнее, взгляд темнее. — Я позвоню. От Аслана не отходи дальше метра и что бы он тебе не сказал, даже если это будет казаться дикостью, молча и без вопросов все делаешь. — Я кивнула, его пальцы разжались. Я отвела взгляд и сдерживалась из последних сил. — Иди.

Сглотнула, прикрывая глаза и чувствуя как щеки холодят предательские слезы. Зло утерла, и твердо посмотрела ему в глаза.

— Ты мне поклялся.

Он улыбнулся уголками губ, склонился и едва ощутимо поцеловал мои твердо сжатые губы.

— Перестань смотреть НТВ. Все. Иди.

Пошла, оглянулась на входе. Он так же стоял спиной к дверям. И внезапно пришло осознание почему. Почему не уходит и почему столько людей. Он и они ждут, пока самолет не уйдет на взлет. Это вызвало тихий, истеричный и отчаянный смех, когда я направилась к Аслану, ожидающему меня невдалеке.

Глава 12

Аэропорт Лас-Америкас, сто километров по автостраде идущей вдоль побережья. Ехали в закрытую резиденцию Каса-де-Кампо. Охраняемую и недоступную для простых смертных. Оказалось, что я не из простых. В моих новых паспортах значилась фамилия Асаева, имелось заверенное и переведенное свидетельство о браке задним числом и дублированное соглашение на бессрочное проживание в вилле, принадлежащей Асаеву Эмину Амировичу. Бессрочное. Заебись.

Я смотрела на документы в своих руках, сидя на заднем сидении внедорожника, который вел Дмитрий, полчаса назад подавший мне эти документы и сказавший какой-то бред, который должен был пояснить для чего они нужны, но я так и не поняла смысла. Вроде, что-то касалось того, что в закрытую резиденцию меня без этого не пустят. Я вообще мало что понимала.

С момента выхода на паспортный контроль, меня не покидало ощущение, что я сплю. И мне снится кошмар, который вот-вот войдет в кульминацию. Или смотрю фильм ужасов, и сейчас, красивый антураж будет оборван скримером.

Меня не отпускали эти ассоциации, когда за окном пролетала линия Карибского моря, обрамленная белым пляжем с частыми высокими пальмами.