Панк 57

Если у вас возникнут с ним проблемы, дайте мне знать, хорошо?

Он – мое наказание. Я сжимаю кулаки и наконец поднимаю на нее глаза. Не волнуйтесь, леди. Я прекрасно знаю, как решать свои проблемы. Ваш сын будет держаться от меня подальше или я заставлю его держаться подальше.

Она улыбается, а я встаю с места, не дожидаясь разрешения уйти. Выхожу из кабинета. Желудок расправляется, и я делаю несколько быстрых, неглубоких вдохов, потому что адреналин, уровень которого в крови зашкаливает, начинает распространяться по рукам и ногам. Оказавшись за дверьми учительской, я стою в пустом коридоре и улыбаюсь сам себе.

Она меня не раскрыла. Я не только могу уйти, когда вздумается, теперь я могу еще и остаться, насколько пожелаю.

Никто ничего не знает.

Глава Восьмая

Миша

– Ты только размазываешь чернила, – раздается довольный голос у меня за спиной."

"Я оборачиваюсь и вижу Райен. Она стоит, прислонившись спиной к открытому шкафчику, и усмехается. Я убираю руку от шеи и выбрасываю влажную салфетку в урну рядом с питьевым фонтанчиком. Думал, мне будет плевать на то, что все видят надпись «придурок и козел с тонким членом», но здорово ошибался. Чувствую себя полным идиотом.

Райен разворачивается, лезет в шкафчик и достает длинный кусок ткани.

– Одолжить тебе шарф?

Она смеется, а вот мне не весело. Я поднимаю бровь. Заглянув в ее шкафчик, вижу на верхней полке флакон, который она одалживала уборщику сегодня утром, и подхожу ближе.

– Жидкость для снятия лака. Быстро.

Но она просто складывает руки на груди и стоит рядом со шкафчиком, не двигаясь с места.

– Не нужно играть со мной в игры. – Я протягиваю руку. – Пока нам более-менее удавалось держаться в рамках приличия. Но я могу и силу применить.

Она кривит губы и негромко вздыхает.

– Ладно. Думаю, не стоит тратить силы попусту.

Обернувшись, достает флакончик и бросает мне. Я ловлю его на лету, снимаю крышку и одним ловким движением вытягиваю шарф у нее из рук.

– Эй!

Но уже слишком поздно. Я выливаю ацетон на мягкую бежевую ткань и начинаю стирать с шеи чернила.

– Сволочь! – кричит она. – Это же кашемир!

Вся черная краска теперь не на моей шее, а на ее шарфе, почти вся.

– Да. – Я бросаю ей шарф и закрываю пузырек. – И он отлично оттирает чернила. Спасибо.

Со скорбным лицом она хватает шарф обеими руками и оценивает ущерб.

Я возвращаю флакон на ее полочку и ухожу, пока мы снова не сцепились. Слышу недовольный возглас за спиной, потом как хлопает дверца шкафчика, но я уже на полпути к выходу из школы.

Надо перестать провоцировать ее. Хотя руки чешутся. Ее так просто вывести из себя.