Панк 57

Скорее всего, она разговаривает с Мейсеном.

Почему он ничего не сделал? Не то чтобы Трей настолько хилый, чтоб он с ним без проблем справился, но у меня сложилось впечатление, что у Мейсена раньше никогда не было таких разборок. Он всегда действовал импульсивно и производил впечатление человека, которого несложно вывести из себя, так почему он ничего не сделал?"

"Мы взбегаем вверх по лестнице и входим в библиотеку. Все наши одноклассники уже там: шепчутся, ходят туда-сюда, собирают нужные материалы. Одни сидят за компьютерами, другие – за стопками книг. Библиотека двухэтажная, и с балкона второго этажа открывается прекрасный вид. Я бросаю сумку на стол за спиной и вижу, как Лайла и Мейсен занимают места на два стола впереди.

Джей Ди и Трей плюхаются за наш стол. Трей закидывает на него ноги.

Ну уж нет.

– Вы двое идите к компьютерам и ищите «Аннотированные биографии», – говорю им. – Распечатайте несколько примеров, а я пойду поищу в других источниках. Я не собираюсь выполнять все задание сама.

Трей тяжело вздыхает, а Джей Ди смеется себе под нос. Но оба поднимают задницы со стульев.

Я поворачиваюсь и направляюсь к стеллажам с научной и документальной литературой.

Некоторые полки расположены слишком высоко для меня, так что я осматриваюсь в поисках раздвижной лестницы. Повернув налево, скрываюсь в дальней части книжного зала, подальше от учеников за столами и их приглушенного шепота.

Протянув руку, веду пальцами по корешкам книг, мимо которых прохожу. Маме наверняка будет интересно, почему я до сих пор не начала «451 градус по Фаренгейту». Не то чтобы мне за это влетит, но она наверняка спросит, что меня отвлекло.

– Знаешь, тот парень… – Я слышу чей-то голос и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на говорящего.

Ко мне подходит Мейсен, и сердце начинает биться быстрее.

– …тот, что пишет на стенах по ночам, – продолжает он. – У нас определенно есть что-то общее. Я тоже люблю писать на не предназначенных для этого поверхностях. – Он останавливается прямо передо мной и берет меня за руку. – Но ты ведь и так об этом знаешь, да? – Там, где он ко мне прикасается, кожа начинает гореть. Я пытаюсь выдернуть руку, но он крепко сжимает мою ладонь.

Он тоже любит писать на не предназначенных для этого поверхностях? Что? И тут мне вспоминается стена в Бухте, потом доска у меня в комнате, мой шкафчик в первый день…

Я изо всех сил стараюсь вырваться.

– Что? Трей показался тебе таким большим и страшным, что теперь ты решил испортить со мной отношения?

С дежурной улыбкой на лице он перехватывает мою руку, а другой достает из кармана маркер.

– Отпусти.

Засунув маркер в рот, он зубами снимает колпачок и водит им в воздухе передо мной, а потом закрывает.

– Но я думал, ты хотела мой номер.