Панк 57

Я слышу, как у нас за спиной хлопает дверь, подпрыгиваю от неожиданности, бросаю взгляд вверх, на начало лестницы, и через мгновение уже толкаю Тена в спину, давая понять, что пора бежать.

– Черт, – шепчу я. – Бежим, бежим, бежим!

Мы бросаемся в туннель. Сердце в груди колотится как бешеное. Мы пробегаем какие-то двери и ответвления других туннелей в стенах главного. Я все еще здраво оцениваю ситуацию, хотя, несмотря на страх, на губах появляется улыбка восхищения.

Я не могу избавиться от мысли, что, если бы нас преследовал Миша, он бы за мной не побежал. Но и пари не проиграл бы. Он бы нашел способ перехитрить меня.

Я слышу, как кто-то шаркает у нас за спиной, оглядываюсь через плечо и вижу на лестнице дрожащий свет. Задержав дыхание, хватаю Тена за футболку и затаскиваю в комнату с правой стороны коридора. Двери как таковой там нет, так что мы просто проскальзываем внутрь и скрываемся за стеной, тяжело дыша, но стараясь вести себя как можно тише.

– Осторожнее, детка, – говорит Тен. – Ты ведешь себя так, будто не хочешь, чтобы нас поймали.

Да, я не хочу, чтобы нас поймали. Я бы лучше делала восковую эпиляцию, чем дала Трею нас найти. Каждый день. А сразу после этого принимала бы очень горячую ванну с солью.

Не то чтобы меня совсем не привлекал Трей. Он хорошо выглядит и прекрасно сложен, почему бы и нет?

И все же нет. Я не буду одной из его девушек, скачущей по коридорам школы в обтягивающей юбке в ожидании, пока он шлепнет меня по заднице, а его друзья похлопают его по спине, понимая, что я – его последний трофей.

Я отбрасываю волосы назад и начинаю смеяться.

Да ни за что.

Прижав голову к стене как можно плотнее, напрягаю слух и пытаюсь понять, насколько близко он к нам подобрался.

Может, он развернулся и ушел? Или свернул в боковой туннель?

Я щурюсь, услышав еле слышное жужжание снаружи. Такой звук издает комар, летая по комнате.

– Ты это слышишь? – шепотом спрашиваю я у Тена.

В темноте я не вижу его лица, но, судя по всему, он тоже прислушивается. А потом за чем-то лезет в карман джинсов. Через минуту комнату озаряет слабый свет телефона. Я поворачиваюсь и широко открываю глаза от удивления. Перед нами кровать, смятые белые простыни и небольшой столик.

Что за черт?

Тен проходит вглубь комнаты, ближе к кровати.

– То есть здесь все-таки есть смотритель.

Вот дерьмо.

– Ну, если он здесь есть, – тихо отвечаю я, подходя к нему поближе и изучая взглядом то, что разбросано по простыням, – почему он не вышвырнул нас отсюда, когда мы только спустились?

Тен поднимает телефон выше и осматривает комнату, а я тем временем рассматриваю вещи на столике и кровати. Вот часы на старом черном замшевом ремне, лежащие на фотографии других часов, почти идентичных этим.