Панк 57

Она прислоняется ко мне, кладет голову на грудь, делает впрыск, на секунду замирает и делает еще один.

Ее грудь быстро поднимается и опускается. Я прижимаю ее к себе.

Она так ослабла, что как будто тонет во мне, но ее дыхание постепенно замедляется, и она начинает дышать глубже.

Проклятье. Она пыталась предупредить меня, пока мы бежали по коридорам, но я не слушал."

"Что бы я делал, если бы она где-нибудь забыла или выронила сумку и лекарство было бы не достать?

Я крепко ее обнимаю и впервые чувствую, какая она маленькая в моих руках. Мне всегда казалось, она высокая. Может, потому, что она никогда не отступает, а самомнение у нее выше Эйфелевой башни.

Я прижимаю ее голову к груди и зарываюсь носом в волосы.

– Все хорошо, – говорю нежно. – Я тебя держу.

– Мое сердце не перестанет биться, – отвечает она. Ее голос все еще слаб, но видно, что она понемногу приходит в себя.

– Знаю, – улыбаюсь я. – Я это чувствую.

Я правда чувствую грудью, как бьется ее сердце, тело наполняется силами, а дыхание успокаивается.

Ну и что мне теперь делать с этой девушкой? Только я подумал, что пора бы ее отпустить, как она еще сильнее прижалась ко мне.

И так всегда. Как только понимаю, что не могу больше выносить ее, собираюсь уйти в закат и никогда не оборачиваться, приходится обернуться, чтобы проверить, все ли с ней в порядке.

Ее руки, прижатые к телу в моих объятиях, вздрагивают, и она отстраняется.

А потом поднимает глаза. Немного сконфуженная, молча опускается на колени и берет рюкзак.

Встает, сжимает губы и осматривается.

Сигнализация замолкает, но у меня нет ни малейшего представления, что происходит за пределами библиотеки. Может, они подумали, что мы сбежали из школы, а может, и нет. В любом случае сейчас Райен нельзя отсюда выбираться.

– Ты никому не расскажешь о том, что случилось сегодня вечером. Тогда я буду молчать о том, что ты был здесь, – говорит она. – Понятно?

Она отворачивается и уже собирается уходить, но я ловлю ее за руку.

– Думаю, людям понравится эта версия тебя.

– Друзья меня возненавидят.

– Они и так тебя ненавидят. И не они одни.

На долю секунды ее лицо становится сердитым, но это тут же проходит. Она смотрит на меня, вызывающе приподняв светло-русую бровь.

– Зачем им притворяться?

Я продолжаю напирать.

– А зачем люди соревнуются друг с другом и играют в игры?

Она делает шаг в сторону, пытаясь уйти, но я не даю ей этого сделать.

– Не уходи.

– Это все не твое дело! – громким шепотом заявляет Райен, вырывая руку и недовольно глядя на меня. – Ты меня совсем не знаешь.

– А кто знает?

Она отводит глаза. В них блестят слезы. Через секунду она добавляет вполголоса:

– Я не хочу остаться одна, – признается Райен. – Может, они меня и ненавидят, но все-таки.