Презентация ящика Пандоры

Кабы у вкусного продукта вместо черного копыта были покрытые зеленым лаком ногти, то ни одного отличия между сыровяленой ветчиной и верхней конечностью «стилиста» не нашлось бы.

– Ткнула меня иглой, как топором рубанула, – жаловалась Катя, – в последний год в психушке служила, ниже уже не упасть! С идиотами работала.

Я обомлела. Елена Зайцева! Это же Лена, которая умоляла меня увезти ее из Фурска. У нее на «пижаме» висел бейджик с именем и фамилией.

– Про мужика расскажи! – посоветовал супруг.

– Какого? – не сообразила Катерина.

– Он ее на площадке ждал!

– Тю! На нее ни один парень не смотрел! Даже Анька-колдунья Зайцевой не помогла!

– Так ты ж говорила: «Вот мужик Ленки сидит», – напомнил муж, – еще уточнила: похож на Григория Константиновича бородой. На Огаркова.

– На Огаркова? – подпрыгнула репортер. – Вы уверены? Он умер.

– Точно, – вздохнула Катя. – Жаль! Хороший человек Григорий был. Правда, Гена?

– Золотой, – кивнул супруг, – очень переживательный. За больных прямо радел. Мне говорил, что любая зараза через еду передается. Я не понял как!

– Спасибо, – остановила репортер Геннадия и стала говорить в микрофон: – Огарков – доктор наук, специалист по редким заболеваниям. Разрабатывал вакцину от всех болезней. Но программу «Расследование Виктории» сейчас интересует смерть трупа в палисаднике желтого дома.

– Вон ее мать идет! – заорал Геннадий. – Тонька, вали сюда! Тут телик про твою Ленку спрашивает!

– Да пошли они! – раздался женский голос.

– Тоня, – надрывался Геннадий, – не злись! Тебе посочувствовать хотят в связи со смертью дочки. Не гавкай. Подь сюда! Тебя по телику покажут.

– Да пошли они! Вечно врут! Кто умер-то? – заголосила невидимая женщина.

– Во спросила! – изумился Махонкин. – Ленка твоя!

На экране появилось изображение женщины, похожей на злую курицу.

– Махонкин! Тупой баран! Ленка жива!

– Не! Умерла! – хором ответили супруги.

– Вы, конечно, лучше знаете, что с моей дочерью, – скривилась Антонина.

– Труп не умер? – обомлела корреспондентка.

– Представь себе, жив! – рявкнула старшая Зайцева.

– Но тело в палисаднике нашли, – изумилась журналистка, – нам позвонили, сказали…

– Позвонили, сказали, – передразнила Антонина. – Всему, дура, веришь, что болтают? А как с забором? Если на нем надпись имеется, тоже, значит, не сомневаетесь, что это правда? Заглянешь за изгородку поглядеть, не торчит ли там то, че написано? Врет твое телевидение! Ленка в клинике. Она где-то напилась, до дома кое-как доплюхала, под окнами упала. Назюзюкалась до отключки. Дочь моя материнское горе! По мужикам таскается, водку глушит, наркоту курит.