Пампушка для злого босса

Мы много гуляем вдоль береговой линии залива, ходим обедать в небольшой ресторанчик и проводим время, как двое влюблённых друг в друга людей, которым просто хорошо вместе. И у которых нет вороха нерешаемых или тяжело решаемых проблем.

- Я так и не успела спросить, - осторожно говорю я в тот день, который должен окончиться нашим отъездом из снятого на двое суток мини-отеля.

-Спрашивай.

Казанский стоит лицом к заливу и, заложив руки в карманы куртки, смотрит на мрачную линию горизонта. Сам кажется точно таким же - мрачным, как будто именно сейчас исчезает тот Алексей, который был рядом со мной в эти субботу и воскресенье, и на смену ему приходит другой, малознакомый.

- Откуда вдруг взялась Ольга?

Он улыбается, качает головой. А я чувствую себя неуютно, потому что лезу на ту территорию, куда мне нет хода. Или это я так решила, что его быть не должно.

- Она взялась не вдруг. Мы познакомились, когда ещё студентами были. Как-то всё так быстро закрутилось. И раскрутилось тоже быстро. Когда поняли, что оба не хотим отношений, разбежались. Потом выяснилось, что Оля беременна. Случайно, кстати, выяснилось. Через общих знакомых.

- Как так? Она от тебя скрывала?

- Не совсем так. Просто не хотела обременять меня ребёнком.

Я удивлённо смотрела на Казанского, переваривая то, что он сказал. Интересных женщин он себе выбирал. Ольгу, которая не желала говорить ему о беременности, Кристину, устроившую целый спектакль, чтобы тянуть из Лёши деньги. Ну и меня, знакомство с которой началось при весьма воинственных обстоятельствах. Об остальных пассиях Алексея знать как-то не желалось.

- Понятно.

- Ну а я решил, что очень даже хочу обремениться.

Он тяжело вздохнул и снова уставился на горизонт. Что хотел там увидеть - я не знала, да и хотел ли? Невольно я подняла тему, которая и саму меня подспудно тревожила. Дети. Я никогда не задумывалась о них всерьёз. Просто знала, что хочу детей, но сейчас, стоя рядом с Казанским, вдруг отчётливо увидела малыша. Или даже двух.

Может, лет через пять мы точно так же будем стоять на берегу, а возле нас будет бегать маленький мальчик. Или девочка. А второго ребёнка Алексей будет держать на руках и показывать ему как с воды поднимаются в небо белокрылые чайки. Я так ярко представила эту картину, что поверила в эту возможность, совершенно забыв о том, от какого надвигающегося шторма я хотела спрятать здесь Казанского. И спрятаться вместе с ним. Зря.

- А Ольга... ну, у неё есть ещё дети?

- Есть. Близнецы-мальчишки. Им лет по десять, кажется. Я не очень интересуюсь этой стороной Олиной жизни. Мы с ней друзья, у которых есть общая дочь, если ты об этом."

"Наверное, мне нужно было уловить те нотки, которые звучат в голосе Алексея. Предупредительные, колючие.