Фантом памяти

ГЛАВА 8

Так всегда бывает: тянутся похожие друг на друга дни, и уже начинает казаться, что именно так и будет всю оставшуюся жизнь, и ты привыкаешь к этому, перестаешь напрягаться в ожидании перемен, больше не волнуешься при мысли о том, а что будет, если вдруг... Мы все - ярые приверженцы стабильности, мы чувствуем себя комфортно только тогда, когда точно знаем, что будет завтра, что послезавтра, а что - через три месяца. Нам начинает казаться, что мы истинные хозяева своей жизни, потому что можем ею управлять, а иллюзия способности к управлению жизнью проистекает именно из того, что мы наивно полагаем, будто можем ее прогнозировать.

А потом начинают сыпаться события. Обычно это происходит как-то сразу и подряд.

Я настолько втянулся в занятия с Бегемотиком и в копание в собственных мозгах, что на какое-то время утратил ощущение реальности. Проще говоря - забыл, что за пределами санатория есть и другая жизнь, которая как-то течет и куда-то движется. Мне показалось, что вся жизнь отныне и навсегда сосредоточена исключительно на моих личных переживаниях, воспоминаниях и прочих внутренних процессах. Более того, я случайно поймал себя на ощущении, что все это уже утратило первоначальную цель: вернуть мою заблудившуюся в потемках память, дабы попытаться обезопасить мою неожиданно кому-то помешавшую жизнь. Искать нечто внутри себя оказалось настолько увлекательным само по себе, что не нуждалось в дополнительном целеполагании. И хотя никакого результата в плане борьбы с парамнезией пока не просматривалось, меня это вовсе не огорчало. Я привязался к Бегемоту и испытывал к нему искреннюю симпатию, а страхи по поводу выстрела и отравленного коньячка снова утихли, погребенные под руинами детских впечатлений и юношеских прыщавых страданий."

"А потом наступил тот день, когда все пошло наперекосяк. Это был тот самый день, когда меня удивила Мимоза. Уже не впервые, но на этот раз после долгого перерыва и особенно ощутимо.

Надо заметить, что я упорно продолжал свои экзерсисы в тренажерном зале, существенно нарастив нагрузку не только на сердце, но и на мышцы, которые день ото дня все больше наливались мощью и приобретали даже некоторую рельефность. Впервые в жизни я ""кидал железки"" и находил в этом занятии немалое удовольствие. Пошел уже третий месяц моего пребывания в санатории, а компаньонов по тренажерам у меня так и не нашлось, чему я был несказанно рад. Вероятно, здесь я был единственным симулянтом, все прочие обитатели по-настоящему хворали или восстанавливались после тяжелых болезней, и максимум, на что они могли отважиться, это бултыхание в бассейне.