Память пепла

 – Ты!

Милорд поднял голову. Глаза из-под нависших немытыми сосульками волос вспыхнули пронзительно-синим.

Они смотрели друг другу в глаза около минуты. Паше казалось, что еще чуть-чуть, и та сила, что рождалась между этими двумя, станет небезопасна для окружающих. Он попробовал сделать шаг вперед:

– Не подходи! Слышишь?! Не подходи ко мне!

И она бросилась бежать. Перед тем как выбежать наверх, девушка крикнула:

– Никогда тебя не прощу!

Парень бросился за ней.

Милфорд вскочил, передал гитару скрипачу. И остановился.

– Зачем… – прошептал он сам себе.

– Иди за ней. Не глупи! – строго прохрипел старик. – Жизнь коротка. И ты можешь не успеть ахнуть… Как всё…

Словно в ответ на его слова над головой раздался крик. Резкий визг тормозов.

Маг уже летел вперед, понимая, что опоздал.

– Мотоциклисты! Прямо на ходу!

– А мальчик? Молодой человек-то живой хоть?!

Милфорд, протолкнувшись, обнаружил Пауля Тигверда лежащим на асфальте. Кровь тонкой струйкой текла из пробитого виска.

Легкий ветерок тихонько подлетел к приоткрытой створке окна, покачался на занавесках, шмыгнул в комнату, поиграл синими цветочками у кровати, где спали мужчина и женщина.

Длинные серебристые волосы мужчины, широкие плечи и шрам во всю спину, пышные формы обнаженной женщины с тяжелой косой цвета меда…

– Куда делось одеяло? – пробормотала она. – Я точно помню – оно было!

– Убежало? – улыбнулся мужчина, не просыпаясь.

– «И подушка, как лягушка, ускакала от меня!»

– Как я помню, там дело было в другом… А я замерзла!

– Так я тебя согрею…

– Рича-а-ард! Мы же хотели выспаться!

Ветерок отлетел подальше от этих двоих, тронул на прощание алый шелк платья, брошенного на спинку кресла, и улетел.

Женщина улыбалась, гладя мужское плечо.

– Рядом с тобой я чувствую себя ненасытным чудовищем, – пожаловался вдруг муж.

– Почему ж чудовищем? – тихонько рассмеялась Вероника. – Хорош. Эротичен. Брутален… И – весь мой!

– А еще танцует. В том числе – танго. Эх… Сама себе завидую, сама себя к тебе ревную.

– Танцы! До встречи с тобой я и не предполагал, что буду делать это добровольно, да еще и получать от этого удовольствие.

– По тебе не скажешь. Двигаешься ты…

– Сама себе завидуешь? – Одной рукой мужчина подпер щеку, другой провел по медовым волосам.

– Знаешь… Мне нравится этот мир.

– Мне тоже. Такой беззаботный. Легкий.

– Или кажется таким…

– Старается нам понравиться?

Их разговор прервали – кто-то, кто явно чувствовал себя несчастным и брошенным, требовательно скулил за дверью.

– Фло, – поднялся мужчина и быстро оделся. – Мы про него и забыли. Я его выведу. Поспи еще.

Женщина улыбнулась. Потянулась за поцелуем, и…

– Вызывают. Совещание.

Ника знала этот взгляд. Мыслями муж был уже далеко.