Память любви

 — Откуда вы и куда направляетесь?

— У нас нет дома, господин эконом. Но мы побывали в Шрусбери и сейчас собираемся к принцу Ллуэлину, ибо слышали, что он любит музыку и очень щедр. Провели последние две ночи под открытым небом и решили, что неплохо бы пожить под крышей, согреться у огня и съесть горячий ужин.

— Могу избавить вас от долгого, утомительного путешествия, — объявил эконом, — ибо принц через несколько дней приедет сюда. Он собирается навестить моего хозяина Риса ап-Даффида, господина этого замка. Мы дадим вам убежище на неделю-другую, а взамен будем ждать песен и занимательных историй.

— С удовольствием, господин эконом, благодарю за великодушие, — снова поклонилась Ронуин.

— Идите в зал, — велел тот. — Можете спать там и есть на дальнем краю стола. Если постараетесь, получите небольшое вознаграждение.

— Ну и хитрюга, — прошептал Рейф, когда они вернулись в зал.

— Нам нужно отыскать подходящее место, — наказывала Ронуин Дьюи, — где ты сможешь подготовить мой лук.

Смотри, чтобы поблизости не было слуг, ибо если кто-то узнает, что мы вооружены, нас убьют.

Они нашли нишу в темном углу и, поставив перед ней скамейку, заслонили Дьюи, пока тот натягивал тетиву. Когда все было сделано, они сели отдохнуть в ожидании обеда. В середине дня слуги стали вносить в зал блюда и миски. Рис ап-Даффид, его наложница, Айфен и Кэтрин вошли в зал и заняли места за высоким столом. Столы начали заполняться, Ронуин со своими спутниками уселась за самым последним.

За высоким господским столом еда была разнообразная, но остальным подавали хлеб, густую похлебку и твердый сыр.

Все это запивалось пивом. Ронуин посмотрела в сторону Кэтрин. Та показалась ей бледной, но ни в коем случае не смирившейся. Ронуин подумала, что никогда не считала невестку храброй и решительной, но, очевидно, ошибалась. Какой подлец этот Рис! Даже не дал пленнице чистой одежды. Жадный негодяй!

Как и говорил От, на Кэтрин по-прежнему было платье, в котором ее захватили. Ничего, скоро похитители за все заплатят сполна!

Едва Рис отложил нож, которым кромсал мясо, эконом выступил вперед.

— Господин, трое бродячих музыкантов попросили разрешения позабавить вас в обмен на еду и приют. Анхард, выходи! — крикнул он, делая им знак.

Ронуин и ее спутники поднялись, встали перед хозяйским столом и стали петь и играть. Мужчины оделись в ярко-зеленые туники, доходившие до колен, и шоссы в голубую и зеленую полоску. На Ронуин была темно-зеленая очень короткая туника до бедер и шоссы, тоже в полоску, только зеленую с золотом. Она распустила волосы, и они золотистым дождем раскинулись по спине, скрывая надежно прикрепленный лук. Тетива на груди на темном фоне не была видна. В волосах красовался многоцветный венок.