Память любви

— Значит, ты винишь меня за желание покинуть Синнебар? — вскинулась Ронуии.

— Ты все равно ничего с собой не поделаешь, Hyp, ибо в сердце хранишь любовь к первому мужу. Никаким чувствам моего хозяина не преодолеть ее, поэтому тебя ждет свобода.

Итак, все было сказано. Все ясно. Снова поклонившись евнуху, Ронуин вышла из комнаты. Сердце ее сжималось от необъяснимой тоски, но к тоске примешивалось волнение.

Скоро. Скоро! Ничто ее не остановит теперь, когда свобода так близка!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. РОНУИН. 1273 — 1274 годы

Ронуин присмотрелась к Найлек. Пожилая женщина тихо похрапывала во сне. Ронуин осторожно коснулась щеки Найлек в знак нежного прощания. Найлек была добра и много для нее сделала.

— Только не заставляй ее нянчить детей, — попросила она Баба Гаруна. — Найлек ненавидит это занятие.

— Я отдам ее любимице принца Мохаммеда, — пообещал он. — Это милая девушка, но нуждается в надлежащем воспитании и наставлениях. Думаю, Найлек способна творить чудеса. А теперь пойдем. Времени у нас немного, госпожа Hyp.

Свидетельства твоей гибели уже на месте. Жаль, конечно, что пришлось остричь твои волосы, но они отрастут.

С этими словами он быстро повел ее по темным коридорам дворца. К удивлению Ронуин, они не встретили ни одной живой души, даже стражников.

— А сэр Фулк? — вспомнила Ронуин.

— Он расскажет всем, что за жизнь ты тут вела, — заметил главный евнух.

— Но мне совесть не позволяет оставить его здесь. Кроме того, я сама все расскажу мужу, — возразила Ронуин.

— Он либо не поверит тебе, либо бросит. Но, зная твое доброе сердце, я велел привести рыцаря. Он ждет тебя вместе с братом и его людьми.

— Каким образом мы покинем Синнебар?

— Я уже говорил — присоединитесь к каравану, который направляется на побережье. Через неделю будете в Карфагене. Оттуда добирайтесь как хотите, но думаю, вы прекрасно справитесь, — проворчал Баба Гарун и, неожиданно остановившись, стал считать изразцы на стене.

— Нашел. Ход прямой, без ответвлений, так что не заблудимся. И длиной всего в несколько локтей. Пойдем, я освещу твой путь.

Он нырнул в темный лаз, и Ронуин последовала за ним, испуганно оглянувшись, когда дверь со скрипом захлопнулась за ними. Но уже через минуту-другую впереди мягко засиял голубоватый свет. Ронуин увидела несколько фигур впереди, нерешительно остановилась, и тут услышала голос Глинна:

— Еще раз спасибо, — шепнула она главному евнуху и поспешила на волю.

— Да пребудет с тобой Аллах, — раздалось у нее, за спиной, и вторая дверь закрылась.

— Ну же, быстрее! — торопил Глинн, беря ее за руку.

— Где мы? — спросила она.

— В переулке, за стенами дворца. Помолчи пока, сестра, чтобы стража не всполошилась.

— Куда мы идем? — не отставала она.

— В наше жилище. Тебе нужно как следует замаскироваться.