Первый паладин

Например, взаимный обмен товарами?

Пертинакс, как мудрый управленец уже начал думать наперед. На его словах лицо Алисии засияло, а вот Тисиил нахмурился еще больше. Эльсиил же просто находился в задумчивости.

– В любом случае, – Продолжил Генрих. – Это отдаленные вопросы. Как пойдет, так пойдет. Сейчас надо думать о противодействии потусторонней угрозе. Об этом, собственно, я и хотел поговорить с Иратусом с глазу на глаз. Прошу прощения, господа.

Эльфы правильно поняли намек и удалились в сопровождении отца Йорвана. Генрих же жестом указал мне следовать за ним.

Из обеденного зала мы проследовали в просторный кабинет, по центру которого стоял строгий, но красивый массивный деревянный стол. Вдоль стен стояли шкафы с настоящим сокровищем этого времени – книгами. Уж теперь я знаю, чем я буду заниматься, коротая время в замке.

Пертинакс подошел к одному из шкафов, потянул за какие-то скрытые рычаги и с усилием отодвинул предмет мебели в сторону, открывая темный проход в другое помещение. Тайная комната? Ну, конечно же. Какой замок обходится без тайных комнат? Да еще и за шкафом.

Мы вошли с князем в помещение по размерам не уступающее предыдущему. Зажглись магические светильники – роскошь доступная лишь знати и прочим богачам. Не то что бы эти артефакты были столь сложны в производстве. Дорогими были элементы питания для них, как и для большинства артефактов – кристаллы индонита, способные накапливать магическую энергию.

Магический свет явил из темноты многочисленные портреты. На картинах были изображены мужчины при оружии, в устарелой броне. В то время как знатные рыцари сейчас могли позволить себе уже даже полные латы, большинство изображенных могли похвастаться разве что нагрудниками и кольчугой. А некоторые и вовсе обходились одной лишь защитой из сплетенных колец.

Присмотревшись к облачению воинов, я увидел на них те же самые символы, что и на моей броне. Да это же знаки света! Значит это портреты святых воинов? Теперь понятно, почему они скрыты в этой комнате.

– Вижу, ты уже понял. – Князь подошел к одной из картин и встал перед ней, скрестив руки за спиной. – Это мой предок, князь Малорик Пертинакс. Первый из рода Пертинаксов вступивших в ряды священного воинства.

С портрета на нас смотрел суровый мужчина с длинными усами и короткой бородой, облаченный в кольчужный доспех.

– Будучи князем, он дал клятву служения свету, после чего большинство его потомков поступало также. До известных тебе событий, Пертинаксы были одними из самых ярых ревнителей света и защитниками людских душ, а этот замок назывался не просто Оплот. Его называли Оплотом Веры. Нашу историю пытались предать забвению, но мы сохранили её. И теперь, Иратус, – Генрих повернулся ко мне. – Я прошу тебя возродить былую славу.