Первый паладин

Также требуется проработать внутренний устав ордена с его догмами и запретами.

С «не убей, не укради» всё понятно. А вот как насчет «не прелюбодействуй»? Естественно, здоровым мужчинам будет хотеться женских ласк – от природы не сбежишь. Подавлять бурлящее либидо самоистязаниями «во имя Господа» или физическими нагрузками? Нет. Мне не нужны совсем уж свихнувшиеся фанатики.

Я разрешу адептам вступать в брак. Но только с теми женщинами, которые пройдут проверку на чистоту души – что-то вроде незавершенной инициации.

Полностью запрещать алкоголь мы не будем. Стоит разрешить умеренное распитие вина по особым случаям и праздникам.

Ну и надо будет полностью расписать правила поведения паладина в обществе, дабы он был примером благочестия и непогрешимости.

Я взялся за голову от предстоящего объёма одной только работы над бумагомаранием. По сути, мне надо будет с нуля написать целую библию будущей организации.

Естественно, за основу следует взять учение местной церкви. Но этих материалов недостаточно для создания новой военизировано-религиозной структуры.

Эх, жаль нигде не сохранилось писаний от Святых Воинов. Можно было бы, в лучших традициях университетских курсовых работ, многое позаимствовать.

Остаток дня, до вечера, я провел в написании устава будущего ордена. Естественно, текст еще черновой и будет дорабатываться, но лиха беда начало.

Отложил я свое занятие, лишь, когда услышал оживление на улице и в коридорах.

Похоже, что благородные господа изволили вернуться. Значит, пора готовиться к допросу.

Однако, вместо допроса меня пригласили на ужин где уже присутствовал сам Генрих, лорд Стрикт и князь Пигнус.

Присутствие столь высокопоставленных незнакомцев меня немного напрягло, но потом я мысленно пожал плечами и подумал: «Чего мне терять? Будь что будет». Тем более, были также приглашены Отец Йорван и капитан дружины Кавил, что внушало мне некоторой уверенности. Как минимум я не один простолюдин за столом.

Последний факт открыто отражался недовольством на лице и косыми взглядами Пигнуса. Что, вполне, ожидаемо. Обычно, знать считает простолюдинов людьми второго сорта, и каждый князь устанавливает в своих владениях свои правила поведения для «черни». Слыхал, в некоторых землях простолюдин мало чем отличается по статусу от раба. Разве что правом покинуть эти земли и перейти под крыло другого сюзерена. Но, почему-то, массовых исходов так и не замечено.

Здесь же в приграничье отношение между сословиями значительно более мягкие. Простолюдины с уважением относятся к статусу дворянства, но и спины в земных поклонах не гнут. А князья, в частности Пертинаксы, никогда не злоупотребляли своим статусом.

Я поприветствовал присутствующих, как подобает и сел за стол.