Первый паладин

Мы продвинулись еще чуть вглубь леса и увидели редкие огни костров. Видимо, бандиты совсем не опасались, что их тут найдут.

Просвистели стрелы с характерным глухим звуком вонзания в плоть, и мы поняли, что путь дальше свободен.

– Если не возражаешь, Иратус, я поведу. – Обратился ко мне Генрих.

– Это твои люди, князь. – Лишь ответил я, пожав плечами.

Я пытался излучать уверенность, ведь малочисленные рыцари сейчас смотрели на меня не меньше чем на своего командира, но внутри меня охватил мандраж. Это не был страх за себя. Скорее волнение о том, что я сейчас увижу, сделав последний шаг к цели. Найду ли я тех, о ком так волнуюсь, и в каком они могут быть состоянии? Видимо, ощутив мое волнение, Харли легонько боднула меня в спину, мол «не дрейфь».

Крадучись мы подошли как можно ближе и по команде Генриха ринулись в атаку.

Рыцари княжеской дружины были профессионалами, поэтому нападение происходило без лишних криков. Выбежав на широкую расчищенную территорию, утыканную самодельными шалашами и кострами, вокруг которых собрались разномастные оборванцы, неизвестно откуда здесь взявшиеся, дружина начала планомерно истреблять всех кто попадётся на пути.

– Возьмите нескольких в плен! – Выкрикнул я, когда стало очевидно, что нас, наконец, заметили.

Но дружинники и без того старались не добивать подранков, ведь кого-то потребуется еще судить за их злодеяния, в назидание публике.

Встревоженные разбойники организовали некое подобие сопротивления и попытались нас окружить, наваливаясь гурьбой на зазевавшихся рыцарей. Я старался, в первую очередь, прикрывать наших бойцов, минимизируя возможные потери.

Вот спину одного из рыцарей прикрывает щит света, прямо перед атакой хитрого бородача с топором. Вот двое разорителей падают на землю связанные между собой вервием усмирения. Черт! Мне срочно нужно подыскать какую-нибудь атакующую литанию, желательно дальнобойную.

Тренируя лишь пару навыков, я упустил из виду расширение своего арсенала, хоть и добился значительных успехов в сотворении узкого круга явлений света. Тот же щит и вервие у меня получались практически по одной лишь мысленной команде, хоть и требующей некоторой эмоциональной настройки.

Вот какой-то смельчак, посчитав необлаченного в доспехи парня, с одним лишь мечом, легкой целью и попытался атаковать меня в лоб. Но сам лишь ударился своим лбом о возникший прямо перед ним непроницаемый золотистый барьер и потерял ориентацию, взамен получив рубящий удар наискосок в шею.

Это было странное чувство. Да, это уже второй на моем счету разумный. Но в первый раз, при битве с падшим главой рейнджеров, я был доведен до безвыходного состояния «либо он, либо я.» Мозг тогда уже не успевал анализировать ситуацию, действуя по наитию, хватаясь за жизнь.