Не мешайте палачу

Если же он узнавал и находил преступников постепенно, то почему не расправлялся с ними тогда же, по мере выяснения их личностей? Почему тянул столько времени? А если не тянул, значит, кто-то другой, не палач, эти сведения собирал и в копилку складывал, а теперь выложил палачу все скопом. Может быть, даже нанял его для расправы с подонками. Но я не понимаю, почему эти сведения не были переданы в милицию. Неужели этот палач или его наниматель так люто нас ненавидит?

– Может быть, он пытался, но ему сказали, что его улик недостаточно.

– А он, стало быть, считал, что их достаточно. И не ошибся, судя по всему. Следы всех жертв палача совпадают со следами, обнаруженными на местах соответствующих преступлений. Есть и другой вариант: палач нанял человека, чтобы тот нашел ему всех убийц, всех семерых. И когда тот закончил работу и сдал отчет, палач отправился исполнять свой замысел. Нет, Виктор Алексеевич, тут надо покопаться. В том, что палач убивает свои жертвы практически одновременно, есть какое-то зерно. Если я пойму, почему он это делает, я его вычислю.

– Ну, давай Бог, – ободряюще сказал Гордеев. – Да, забыл сказать, Семеныч звонил, он просит тебя завтра к десяти часам появиться у него.

– Зачем, не сказал?

– Ты же у него какие сведения очередные просила.

– Ах, да, я и забыла, – спохватилась Настя, – совсем в бумагах закопалась. Конечно, я просила у него все материалы по тем сериям. Не обобщенные меморандумы, а первоначальные документы. И по жертвам палача – тоже. Лучше, знаете ли, своими глазами прочитать, чем полагаться на перепевы с чужих слов.

– Оно конечно, – согласился Виктор Алексеевич. – Собирайся, пошли по домам. Поздно уже.

– Пошли, – она послушно стала собирать бумаги и раскладывать их по папкам и ящикам. – Кстати, вы Короткова никуда не отсылали?

– А что? – насторожился Гордеев. – Он, поганец, обещал меня сегодня домой отвезти, у меня сумка тяжелая. А сам сбежал куда-то. Может, мне имеет смысл подождать? А вдруг он вернется?

– Не вернется он, – буркнул полковник. – Точно тебе говорю, не вернется. Не жди его.

– Жалко, – вздохнула Настя. – Придется на своем горбу тащить.

– Почему ты на машине не ездишь? У вас же есть машина, и ты ее отлично водишь.

– Во-первых, она Лешке нужнее, он же то и дело в Жуковский мотается, то на работу, то к родителям.

– А во-вторых?

– А во-вторых, я ее не люблю и боюсь. Нервы у меня не те. И потом, я в ней ничего не понимаю. Я даже не знаю, как она устроена, и если сломается, я починить ее не смогу. Я уж лучше так, на муниципальном транспорте. Он везет себе потихоньку, а я думаю, всякие глупые мысли жую, а если повезет – то и читаю.

– Знаешь что я тебе скажу, дорогая моя? Ты валяешь дурака и прикрываешь красивыми словами собственную лень.