Не мешайте палачу

Выйдя из вашего дома, я попаду прямо в их объятия. Вас это не смущает?

– Вы очень ловко умеете удирать. Вы мне сегодня это продемонстрировали.

– А вы не боитесь, что ошиблись? Вдруг так выйдет, что я уеду, а они останутся здесь? Вспомните Уральск. Вы мне тогда пригрозили, что уйдете гулять, а я останусь в номере один и без оружия. Меня тогда защищало одно только ваше присутствие. Пока я здесь, они сюда не сунутся. А как только я уеду, они начнут звонить в вашу дверь. И что вы будете делать?"

"Настя закончила заправлять салат и тоже села за стол напротив Павла. «Он прав, – думала она. – Я не до конца понимаю, что происходит, но чувствую, что он прав. Почему они не сунутся сюда, пока он здесь? Я этого не знаю, но Павел, судя по всему, в этом уверен. Над этим надо подумать. И если им нужен он, а не я, то бессовестно выгонять его на улицу. Выгонять зверя прямо на ловца… Он прав, я непоследовательна. Но, Боже мой, как мне не хочется оставаться с ним! Его присутствие раздражает меня, как скрип металла по стеклу. Надо же, я провела вместе с ним трое суток, пока мы добирались до Москвы, и ничего такого не чувствовала. Наверное, это оттого, что у меня было задание, которое нужно было выполнить независимо от собственных желаний, эмоций и субъективных ощущений. Надо – и все. Нравится не нравится – спи, моя красавица. А теперь никто меня не заставляет терпеть его присутствие, я сама поддалась на его доводы, позволила себя убедить и мучительно пытаюсь сообразить, не совершила ли ошибку. Отсюда и эмоции».

– Хорошо, – холодно сказала она, – можете остаться. Только спать вам придется на полу, раскладушки у меня нет.

– Не беспокойтесь, я посижу на кухне.

– И спать не будете?

– Могу не спать. Это не принципиально. В конце концов, я могу спать, сидя в кресле или на стуле. Вас это не должно волновать.

Раздался мелодичный звон – микроволновая печь деликатно сообщила о том, что жаркое готово. Настя нехотя поднялась и стала доставать из шкафчика тарелки, вилки и ножи. Аппетит у нее пропал, запах тушенной в сметане курицы вызывал отвращение, но она понимала, что должна поесть, иначе скоро свалится в обморок от слабости. Через силу запихивая в себя еду, она старалась отвлечься и думать о работе, о муже, о чем угодно, только не о сидящем напротив нее за столом человеке. Есть люди, и к ним в первую очередь относился ее муж Алексей, в обществе которых ей легко было молчать и чувствовать себя при этом уютно и комфортно. В присутствии Павла ей было неуютно и неудобно, она не могла расслабиться, как неудобно бывает в слишком узкой одежде на людях, когда не можешь расстегнуться, ослабить ремень и развалиться в кресле, вытянув ноги.

Сауляк тоже ел без особого аппетита, угрюмо уставившись в свою тарелку. Но вежливость все-таки проявил.