Не мешайте палачу

Тогда у вас не может быть моего адреса, я ведь достаточно успешно скрываюсь от всех.

– Вы забыли, что аферистка носит вашу фамилию и от нее вы вряд ли скрываетесь с таким же упорством, как от всех прочих. Не придумывайте, Павел.

– Они не могли меня выследить, – упрямо повторил он.

– И что дальше?

– Значит, они выследили вас. А я ведь предупреждал, что носить мою фамилию опасно. Или вы такая храбрая, что ничего не боитесь?

Настя удивленно взглянула на него, потом расхохоталась.

– Чему вы радуетесь? – недовольно спросил Павел. – Не вижу ничего смешного.

– Это потому, что вы еще не боялись по-настоящему…

* * *– Это потому, что вы еще не боялись по-настоящему, – ответила она.

Сауляк вздрогнул. Во второй раз она произносит эту загадочную фразу. Впервые она сказала это в Уральске, когда они покупали продукты в магазине. Павел тогда еще хотел спросить, что она имеет в виду, но в это время подошла их очередь платить в кассу, и разговор прервался. И вот опять… А ведь он в последнее время часто вспоминал ее слова и жалел, что не спросил.

– Что вы хотите этим сказать?

– Человек, которому довелось испытать настоящий страх за свою жизнь, обретает способность ежеминутно радоваться тому, что пока не умер. Вот удалось нам с вами выскочить из этой погони и не разбиться – я и радуюсь.

– Что, сильно испугались?

– Очень, – честно сказала Анастасия.

Она полезла в сумку за сигаретами, а Павел молча смотрел в темное пространство перед собой. Неужели она права? Неужели он действительно ни разу не испытывал настоящего, оглушающего, парализующего страха за свою жизнь?

Наверное, так и есть. Долгое время он жил с ощущением, что ничего плохого с ним случиться не может. Его товарищи по детским играм то и дело падали, расшибались, ломали ноги или руки, с ним же ничего такого не происходило. Мама говорила, что его ангел хранит. Вернее, первой это сказала даже не его мама, а мать его школьного друга Эрне, ревностная католичка, а его мама потом повторяла. И даже когда он попал в госпиталь, ангел-хранитель не дал ему сойти с ума и превратиться в развалину, он послал ему Булатникова, который его и спас. А эта женщина, сидящая рядом с ним в машине, похоже, совсем не такая. Молчит, курит, и ему видно, как дрожат ее пальцы."

"Неужели эти изверги за ней охотятся? Ему очень хотелось уговорить себя, заставить поверить в то, что она сама виновата, допустила ошибку, взяв для фальшивого паспорта его фамилию. Но ведь на самом-то деле это не ее вина. Она же не знала… Минаев должен был ее предупредить, но почему-то не сделал этого. Забыл? Не подумал? Не предусмотрел? Но в конечном итоге виноват он сам, Павел Сауляк. Если бы он не делал все эти годы того, что делал, никому бы и в голову не пришло охотиться за женщиной, носящей его фамилию.