Палачи и герои

Оставалось понять, как Иван так удачно оторвался от преследования.

И вот тут был тонкий момент. Вполне реальной выглядела версия, что Ивана опознали бандиты. Взяли за горло. И принудили к сотрудничеству, создав такую легенду. На это намекал кое-кто из руководителей.

Наконец, в самом высоком кабинете республиканского наркомата начальник отделения Румянцев сказал:

– Бросьте! Это полная чепуха. Я не видел людей, более преданных делу, чем капитан Вильковский. Предательство – это не для него.

– Ручаетесь? – спросил нарком.

– Головой, – сказал подполковник Румянцев.

Эти слова требовали большого мужества. Потому что головой ручались за людей в прямом смысле. Если человек оказывался предателем, то добрый поручитель вполне мог лишиться жизни.

В итоге Ивана вернули к оперативной работе сначала в качестве обычного оперативника. Через некоторое время в плен попался один из сподручных Дантиста. Он полностью подтвердил версию Ивана. Рассказывал, что все потом долго удивлялись, как голыми руками можно завалить четверых не самых слабых вооруженных казаков.

Вопросы были сняты полностью. И Иван вернулся к руководству группой.

Страна справляла Новый год. У советских людей была уверенность, что это последний год Большой Войны. Но Иван также был убежден, что их, малой войны, хватит еще надолго. Вот и Дантист где-то бегает. В очередной раз вывернулся, выродок. Но ничего, будет и на нашей улице праздник.

Зима далась УПА тяжело. Бойцы мерзли в лесах, пытались отогреваться в селах, где их часто настигали войска НКВД и конспиративно-разведывательные группы.

Январь 1945 года ознаменовался несколькими чувствительными ударами по верхушке ОУН-УПА. Оперативно-войсковой группой Камень-Каширского райотдела НКГБ и 169-го стрелкового полка ВВ в селе Рудка-Червинская Волынской области был захвачен командир соединения УПА-«Север» Юрий Стельмащук – псевдоним Рудый. Он умирал от тифа. Перебив охрану в десять человек, поисковая группа внутренних войск задержала его вместе с медсестрой, которая поддерживала в нем жизнь. Добыча была знатная, но при одном условии – он будет жить и говорить.

От тифа Рудого военные врачи вылечили. А Ивана включили в группу по его разработке, которой руководил лично заместитель наркома внутренних дел Украины Тимофей Строкач, принимавший активное участие в допросах пленника.

Однажды в охраняемом помещении госпиталя Иван остался с Рудым с глазу на глаз. Тот был потерянным и озлобленным.

– Крах. Иначе происходящее не назвать, – зло бросил он. – Моя группа «Север» потеряла больше шестидесяти процентов людей и половину вооружения. Были сотни складов-«криевок» с оружием, боеприпасами и жратвой. Где они? Ни людей, ни оружия, ни продовольствия. А год только начинается.