Дочь палача и театр смерти

 – Мне и нужно-то немного калгана…

– Господи, тогда ступай к Рансмайеру, если так приперло, – предложила Барбара.

– Доктор нашему брату не по карману… Открой, прошу! Или я прямо тут штаны спущу…

Барбара вздохнула и отворила дверь. Йозеф переминался с ноги на ногу и застенчиво скалился, показывая черные пеньки зубов. Рубашка и штаны его были мокрые и забрызганы речным илом. Батрак мелко дрожал и зябко потирал руки, лицо у него было бледное и худое.

– Что ж, проходи, – сказала Барбара уже любезнее. – Посмотрю, что можно найти.

Йозеф заискивающе поклонился и вошел внутрь.

– Ты так добра, – пролепетал он и показал ржавый крейцер. – Мне и заплатить есть чем.

Барбара отмахнулась:

– Оставь себе. Довольно будет, если уберешься поскорее. У меня еще дела. – Она показала на скамейку возле печи: – Сядь пока, отогрейся. Сейчас принесу тебе калгана.

– Господь этого не забудет! – сказал Йозеф и с заметным облегчением устроился у печи. – Не торопись.

Барбара прошла в соседнюю комнату, где отец с Симоном держали лекарства. Поскольку дом еще принадлежал Якобу Куизлю, здесь по-прежнему хранились некоторые принадлежности для пыток и казней. В двух сундуках по левую руку лежали веревки, цепи, тиски для пальцев и клещи. Рядом к стене была прислонена висельная лестница. Напротив стоял громадный шкаф с тремя створками. Его использовали еще прародители Барбары; в нем Куизли хранили книги и пергаментные свитки, а также травы, настои, бутылочки, мешочки и пузырьки. От шкафа приятно веяло ароматами лета.

Барбара не сразу отыскала ящичек с размолотым калганом. От поноса это было лучшее средство. Осталось не так уж много, но Йозефу должно было хватить. С помощью ложки Барбара насыпала порошок в маленький тигель и вернулась в общую комнату.

– Вот твой калган, – сообщила она. – Сделай отвар и…

Она запнулась. Ей показалось, что в комнате что-то не так.

Йозеф по-прежнему сидел возле печи, но Барбара заметила на его лице вороватую ухмылку. Кроме того, ей показалось, что прежде батрак сидел ближе к стене, где сушились мокрые плащи. Хотя она могла и ошибаться.

– Что-то стряслось? – спросила она недоверчиво.

Йозеф принял невинный вид.

– С чего бы это? – Он взял у нее горшочек и вдруг куда-то заторопился. – Ну, спасибо тебе большое. Мне пора возвращаться. Мы дожидаемся груза из Аугсбурга.

Он поспешил к двери. У Барбары вдруг возникло ощущение, что ему стало гораздо лучше.

Без всяких лекарств.

Йозеф поклонился на прощание и побежал через сад к реке. Прежде чем он скрылся за кустарником, девушке словно бы послышался злорадный смешок.

В некотором недоумении Барбара закрыла дверь и вернулась в свою комнату.